Исторически этот район славился своими мануфактурами и ремесленниками: здесь они жили, работали, производили ткани, посуду, украшения — и продавали в открытых тут же лавках. С неумолимым шествием технического прогресса ситуация практически не поменялась, все хоть сколько-нибудь крупные производства, способные испортить жизнь горожанам, находились в пригороде, а ручной труд все так же ценился и пользовался спросом — товары имели индивидуальность при меньшей цене в отличие от фабричных, одно производство которых обходилось куда дороже и, в свою очередь, влияло на стоимость. Да и хвастливая вывеска: «Производим ткани сто лет», — впечатляла многих.
Хотя Ная полагала, лет десять, двадцать, и Лангрия разрастется настолько, что те фабрики окажутся в городской черте. Если доживут, конечно.
— Надеюсь, примешь это за совет?
— В первую очередь за намек, что моя очередь рассказывать байки о детстве, — она скривилась. Собственная история порядком набила оскомину и от частого повторения начала казаться глупой, особенно в сравнении с трагедиями государственного масштаба. Наверное, такая затея могла прийти в голову только в семнадцать лет, а сработать от большой удачи; лорд Мейсом наверняка в свое время посчитал ее забавной, хотя за прошедшие годы ни разу не позволил себе высмеять или раскритиковать.
Чем дальше Ная говорила, тем скупее становился рассказ: подробный в начале, к моменту судьбоносный встречи он сжался до пары фраз, большей частью из-за неясного предчувствия, что за удачу в прошлом еще ждет расплата.
К чести Роя, он тоже не стал насмехаться и изображать из себя многоопытного героя — возможно, большей частью от того, что его интересовало совсем другое.
— И какие ты выполняла поручения для графа?
— Об этом мы не договаривались. Не упускай возможность доказать, что ты действительно всемогущий злодей, как о тебе рассказывают в городе, — вернула шпильку Ная. — При желании все можно узнать, а, как ты выразился, маскарад для его поручений я не использовала.
— Тогда вернемся к делу? — предложил Рой. — Хотя, честно говоря, выдающимися результатами похвастаться не могу. К слову, мы пришли.
Он свернул с дороги на малозаметную нехоженую тропу, через десяток шагов потерявшуюся в редких зарослях орешника.
Скрывавшиеся за ветками развалины представляли гнетущее зрелище: отчего-то Ная успела представить их более… величественными, а не осыпающийся, покрытый плющом и мхом полукруг стены, на котором сохранился обрывок лестницы, половина бойницы на втором этаже и держащийся на нескольких торчащих балках огрызок пола. Все это опиралось на приземистую каменную пристройку с провалившейся под весом наваленных сверху камней крышей. Снизу же пол и все пространство вокруг было усыпано обломками разных размеров, от совсем мелких, с гальку, до булыжников, на которых при желании вполне можно было сидеть.
— Не хочу задеть твоих чувств, но чем тебе так нравится это место? — осторожно спросила Ная, с опаской прикасаясь к стене. Та выглядела крепкой и обрушаться на головы не собиралась. Пока что. — Обычные развалины, а я почти успела сочинить таинственную историю.
— Я еще по пути к границе понял, что сочинять ты любишь. С крыши открывается красивый вид, особенно на закате, но со своими руками я туда не заберусь и тебя не подниму, — и тут же, противореча своим словам, Рой ловко запрыгнул на один из булыжников рядом с пристройкой и, опасно балансируя, вытянулся, словно надеялся что-то разглядеть за окружившей развалины редкой порослью молодых деревьев. Впрочем, спрыгнул он почти сразу. — Здесь удобно лазить.
— Еще удобнее расшибиться.
— Эта башня крепче, чем кажется, к тому же хорошая возможность выпустить пар и не давать себе расслабиться. Тебе бы, кстати, тоже не помешали занятия, чтобы хотя бы не быть беззащитной при встрече с обычной пьянью. Это вдвойне обидно — крутиться в большой политике, но подставляться по ерунде.
— Спасибо за заботу, я учту, — вежливо поблагодарила Ная, передернув плечами. Его слова пришлись по больному. — Так что у тебя с результатами?
— Орин дурак, в отличие от тех, с кем встречался. Он долго сидел в кабаке на входе в Торговый квартал, предполагаю, нужные люди его там заметили и через разносчицу передали записку с местом, куда идти дальше. Больше к нему никто, насколько можно было видеть с улицы, не подходил, а после его сопровождали чуть ли не от входа. Профессионалы, в толпе их почти не заметно, куда свернули, тоже не успел понять, — с досадой сказал Рой. — Остается один кабак, есть у меня мысль на этот счет, но сначала расскажи, что у тебя.
— Вестница. Ее упоминал культист, который попытался напасть во время переговоров, но я тогда сочла, что это нечто вроде… должности. Теперь думаю, что прозвище, — Ная протянула слегка помятую копию протокола и замолчала, давая возможность прочитать, благо солнце не успело скрыться до конца, и текст еще был различим.
