— Ничего не поделаешь! — отозвался Бердышев. — У наших на аэродроме каждая машина на вес золота. Пара "ястребков" — это уже что-то! Бывало — вообще без со-провождения летали. А тут видно цель довольно важная…
Стайка самолетов прошла стороной и вскоре растаяла за горизонтом.
Роберт выбил свою трубку о каблук.
— Ну что, пойдемте? Сейчас я хотел бы поговорить с Полуяновым, а с утра начнем штурмовать наши неприступные твердыни…
Перед тем как скрыться под сенью деревьев он не удержался и взглянул верх. Принявший обличье ястреба зонд плавно парил в голубой вышине, зорко фиксируя своими мощными видоискателями все то, что творилось в округе…
17
Ну, до чего же погано на душе! Просто выть хочется! Вполне возможно, что зря он надеялся на помощь Бердышева. И сделать они за эти два дня ничего толком не успели. Да что тут говорить! Не успели отделаться от этого проклятого Листра-това, как вот тебе еще сюрпризец — прибыли две чинуши из Москвы! И, причем, — довольно крутые, по-видимому! Неунывающий майор и тот нос повесил — не ожи-дал он такого поворота событий, не ожидал!
Андрей вздохнул и повернулся на другой бок, осторожно взглянув на сосед-нюю койку. Его длинноносый сосед лежал на спине с закрытыми глазами и, похо-же, спал. А, может, притворялся, что спал — черт их разберет этих чекистов. Но глаз листратовские холуи с него уже второй день ни на минуту не сводят. Даже во время утренней бомбежки были рядом.
Одна радость — сегодня утром этот самый длинноносый рванул в город, по-видимому, с докладом своему шефу. А обратно его привезли эти двое москвичей — на дороге подобрали с разбитой мордой. И чего этого типа только немецкой бом-бой на клочья не порвало! Все ехавшие в той злосчастной машине погибли, а вот эта гнида умудрилась уцелеть. И вот теперь лежит, покряхтывает время от времени, а сам ведь наблюдает исподтишка. А еще один за дверью маячит. Сторожит точ-нее…
Чего ж ожидать от этой парочки из Наркомата? Пока не ясно… Он из-за них, скорее всего, и вынужден был почти весь день просидеть в опостылевшей уже па-латке под неусыпным надзором сменяющихся один за другим охранников. Те со-рок минут, пока они сидели на самом дне отрытого в паре десятков метров от па-латки убежища, прячась от носящихся над самыми вершинами деревьев фашист-ских стервятников, — не в счет. Такое пребывание на свежем воздухе опасно для здоровья в любом виде! Земля ходит ходуном, вокруг грохот и треск ломающихся деревьев, а за шиворот валятся сосновые шишки и прочая дрянь. Хорошо хоть ближе сотни метров от них ни одна бомба не упала! Хотя, честно говоря, не понят-но — от чего вообще разгорелся весь этот сыр-бор. Каким образом немцы их обна-ружили? Странно все это, очень странно…
На совещание в штабной палатке его, разумеется, не позвали. Секреты видите ли! Теперь, похоже, здесь заправляют всем эти двое приезжих, а Бердышев, хоть и в чине выше, вроде как у них "на подхвате". А те пока присматриваются, собирают информацию, встречаются с местными "спецами".
Женщину Андрей вообще видел только мельком один раз, а вот с тем — кото-рый в форме, пообщаться довелось.
Сразу после ужина полог палатки откинулся, и внутрь вошел Бердышев, а с ним этот коренастый тип с усиками. За их спинами мелькнула озабоченная физио-номия Спешнина.
При появлении столь высокого начальства лежащий на койке Круг, кряхтя, встал, и, было, попытался что-то доложить, но Бердышев махнул рукой.
— Вольно! Вы себя нормально чувствуете, товарищ оперуполномоченный?
Стоящий за его спиной Спешнин сделал страшные глаза и кивнул головой, показывая в сторону выхода.
— Так точно, товарищ майор госбезопасности, — пробормотал изумленный че-кист. — Сейчас вроде нормально…
— Ну тогда сходите, покурите, а мы с товарищем Донцовым побеседуем с за-держанным, — сказал Бердышев, а приезжий важно кивнул головой.
— Слушаюсь! — Круг пулей вылетел из палатки, оставив москвича и Бердышева наедине с Андреем.
— Ну, здравствуете, Полуянов! — негромким, чуть хрипловатым голосом сказал вновь прибывший. — Я сотрудник московской госбезопасности Донцов Павел Сте-панович. Мы с моей коллегой прибыли сюда, чтобы изучить феномен черной полу-сферы, на которой вы, как нам объяснили наши здешние товарищи, прибыли сюда… из двухтысячного года… Я не ошибся? Именно из двухтысячного?
С этими словами он полез в карман гимнастерки и извлек из него сторублевую купюру образца 1997 года с изображением Большого театра. Ту самую, которую люди Листратова изъяли у Андрея еще при задержании.
— Предположим… — Андрей слегка усмехнулся. — Но только мне никто не ве-рит. Все считают, что эти деньги изготовлены в Берлине для того, чтобы сбить с толку бдительное НКВД.
— Ну, Андрей Валерьевич, вы же взрослый человек! — сказал чекист с укориз-ной. — Сейчас идет война и бдительность необходима. Тут не следует обижаться. Что касается несколько неоправданных действий некоторых наших сотрудников, то тут мы разберемся, не сомневайтесь… Ну-с! А сейчас попрошу вас еще разок рас-сказать нам вашу невероятную историю. Так каким образом вы попали в этот чер-ный аппарат?..
