Я неслась по улице так быстро, как могла. Сегодня было довольно-таки жарко, но я жару не чувствовала, потому что мне было плевать на погоду, мне нужно было быстрее достичь нужного места. Поворот, ещё поворот, мимо парка и магазина. Вот он! Знакомый подвал! Скорее вниз! В антикварную лавку.
Я, запыхавшаяся, влетела в дверь. Анна стояла за прилавком и натирала какую-то, должно быть очень ценную вазу. Увидев меня, она отставила в сторону предмет и оглядела меня удивленным взглядом.
Я знаю, о чём она думала. Я ведь была в той самой одежде, в которой была вчера, в которой спала и в которой, как и встала, прибежала сюда, не переодевшись. Волосы мои были растрепаны, не удивлюсь, если я забыла причесаться или умыться, честное слово, не помню. У меня было лишь два вопроса к Анне. Два вопроса, я получу на них ответ и уйду.
Анна смотрела удивленно, но всё же поприветствовала добродушно:
– Доброе утро, Агент.
– Не называй меня так, я еще не с вами. – Отрезала я.
– Полагаю, это вопрос времени. – Улыбнулась она.
Ну вот, снова этот ее уверенный тон!
Я проглотила последнюю фразу. Спросила:
– Что за вопрос?
– В смысле? – Не поняла она.
– Ты вчера мне сказала так. Что я еще не узнала ответ на свой вопрос. Что ты имела ввиду?
– А, это.
Анна сделала вид, что снова заинтересовалась вазой.
– Как ты себя чувствуешь?
– Ты издеваешься?
– Ну, хоть какие-то эмоции. – Улыбнулась она. – Позавчера из тебя ничего нельзя было вытянуть, даже улыбки.
Я оскорбилась:
– Я брата убила.
– И? – Анна выжидала, видимо, когда я сама пойму то, о чем она хотела рассказать.
Тем не менее, я выдала совсем не то, что она хотела услышать:
– Лучше бы, вместо него я…
Но она не дала мне продолжить:
– Не говори так! Ты намного ценнее!
– С какой стати?
На глаза у меня снова навернулись слезы. Анне не понять, но у меня внутри бушевало что-то ужасное. Это не её брат умер у неё на глазах! Это не она, как оказалось, сама убила его! Это не про неё, откуда ей знать, чья жизнь ценнее!
– Ты забыла кто ты.
– Кто? Убийца? – Мой голос снова сорвался на крик. В лавке никого не было, так что меня все равно кроме нее никто не услышал.
Анна спокойно поправила меня:
– Время-иммунная.
– Пф! – Только и смогла выплюнуть я. – Может, он тоже был таким, мы же родственники.
– Нет. – Сразу же отрезала Анна. – Кровное родство тут роли не играет. Он не был таким, как ты. Только ты. Ты важная фигура.
Как она может так говорить? Да будь я хоть Королевой мира, я бы не задумываясь отдала свою жизнь за брата!
– Еще не поняла? – Не отставала она.
– Что я должна понять?
– Почему умер именно он, конечно же. – Наконец сказала Анна. – Твой вопрос. Он мучает тебя уже давно, верно. Почему он умер, а ты жива? Я права?
– Права. – Как в трансе согласилась я. Это был мой первый вопрос на сегодня.
– Что ты рассказывала вчера? Когда увидела ту малышку, себя в детстве?
Мне припоминать не надо было. Я это почувствовала тогда, давно, пятнадцать лет назад. И тоже самое было вчера.
– Мы как будто бы по телепатии сказали друг другу свои действия. – Объявила я, сама не веря в свои слова. – В детстве я подумала, что у нас был наушник и мы могли слышать мысли друг друга. Конечно же, никакого наушника не было. Я была впечатлительным ребенком.
– Да-да. – Похвалила Анна ход моих мыслей. – И?
– Я как будто бы знала, куда она побежит, а она как будто бы знала, куда я поверну.
– Так и есть. – Согласилась Анна. – Так и должно быть, ведь вы один и тот же человек. У вас сработал инстинкт самосохранения. Она хотела спастись сама. А ты хотела спасти ее.
– Нет. Нет! Нет!!! – Я не могла ни согласиться, ни смириться. – Я хотела спасти брата! Брата, а не себя!
– Не верно. – Поругала Анна. Она оставалась спокойной и продолжала натирать вазу. – Повторяю тебе еще раз, выжить должна была ты. Именно ты, а не он.
– Хочешь сказать, я специально его убила, чтобы спасти себя?
Анна посмотрела на потолок, раздумывая:
– С этой стороны я об этом не думала, но можно и так сказать. – Улыбнулась она.
– Все же я не понимаю. Как мне узнать ответ на вопрос? Почему именно я должна жить? Неужели ответ именно в том, что я Время-иммунная?
– Вспомни, что я говорила тебе в парке про таких, как мы.
– Что говорила? Ты много всего говорила.
– Самое первое, что я сказала. Время-иммунные долго не живут.
Мои брови поползли вверх, а по спине пробежал холодок.
– Ты говорила, что все они умирали в раннем возрасте из-за болезни или несчастного случая, или… О, Господи!
Я, наконец, поняла. Мои ладони накрыли губы.
– Сколько тебе было лет? – Спросила Анна.
– Семь. – Одними губами произнесла я, отнимая от них ладони.
– Отличный возраст, чтобы умереть. – Она улыбнулась, но её сарказм не сработал.
– В тот день. – Пересохшими губами сказала я. – Должна была… Умереть я?
Анна немного помолчала, посмотрела на меня, всю побелевшую, и поняла, что слова вообще-то не нужны. Она просто коротко кивнула и упулилась на свою вазу.
Я облокотилась на прилавок, потому что теперь меня бросило в жар.
