На перроне мы повернули налево и прошли к ступенькам невысокой лестницы, где внизу стояли несколько повозок, каждая из которых была запряжена парой лошадей. Надо же, с запасом их здесь... А, это извозчики клиентов ждут!.. Но нам не понадобились их услуги — оказывается, достаточно пересечь неширокую привокзальную площадь, и вот он — полицейский участок. Невысокое крыльцо, скудно освещенное тусклой лампочкой, приоткрытые двери, в которые сейчас пытаются втащить «оборотней в мундирах». Старший идет сам, еле переставляя ноги — ему, наверное, сейчас очень грустно. Молодого волокут под руки, он даже не ковыляет, а волочется между парой здоровенных полицейских. Следом грациозно, несмотря на усталость, шествует Клер, а я с кучей мешков тащусь позади. Очень жаль, но помощников мне не нашлось, разве что госпожа агент забрала у меня изрядно полегчавшую заплечную сумку. Хочется громко высказаться, но нельзя — окружающие не поймут, дикари-с!..
Внутри обстановка такая же, как в любом полицейском учреждении по всему миру — стойка с дежурным у входа, длинный коридор неизвестно куда, с множеством дверей по обеим сторонам, в конце здания — лестница. Наверное, где-то в подвале есть камеры для задержанных, но меня это сейчас не волнует, поскорее бы приткнуться куда-нибудь.
Внезапно молодой бандит резко оживает, буквально ужом выкручивается из рук конвоиров и бросается к выходу. На его пути оказывается Клер, которую он сильно пинает по голени, но больше ничего не успевает сделать — по его голове с треском ударяет дубинка, и беглец-неудачник шумно рушится на грязный пол.
Клер потирает ушибленную ногу, затем удивленно смотрит на окрасившиеся кровью пальцы.
- Что с тобой, нога цела? - Мало ли, вдруг там с костью что-то случилось.
- Вроде цела, только сначала было больно, а теперь все онемело...
Развернувшись к поднявшим молодого конвоирам, кричу:
- Проверьте у него сапоги, там что-то есть!
Полицейские бесцеремонно стаскивают обувь с задержанного, теперь к местным ароматам прибавился и дух с неделю не стиранных портянок.
- Точно, у него тут лезвие в носке сапога. Ах ты, тварь!.. - Конвоир отвесил бандиту смачную плюху и, бросив сапоги на пол, поволок молодого дальше.
Тихо спрашиваю у Клер:
- Милая, ты как?
- В порядке, только слабость какая-то, и в ушах сильно звенит...
Это плохо, ой как плохо...
- Где кабинет врача? Дежурный на месте?
- Вторая дверь справа, - тут же отвечает инспектор.
Забыв про сумки, хватаю Клер и несу куда сказано. На мое счастье, дверь открывается внутрь, поэтому мне удается открыть ее энергичным пинком. Раздраженный врач в незастегнутом халате поднимается из-за стола, явно собираясь наорать, но видит бледное лицо пострадавшей и показывает в сторону топчана:
- Кладите туда, что случилось?
- Ударили по ноге, возможно, лезвие чем-то было намазано. Змеиный яд, или похожая дрянь, - высказываю наиболее вероятное предположение.
- Понятно, а теперь выйдите, не мешайте!
- Доктор, я могу кое-что...
- Выйдите!
- Это моя жена, так что давайте перестанем ругаться!..
Вместе с ним мы быстро стягиваем с Клер сапог и задираем штанину. Порез на голени небольшой, но края выглядят не очень хорошо.
- Присмотрите за ней, я сейчас достану сыворотку против укусов! - командует доктор и начинает громыхать склянками в большом стеклянном шкафу.
- Милая, пить хочешь?
- Да...
Метнувшись к столу, наливаю в стакан воды из графина и несу своей любимой напарнице.
- Вот, держи... Осторожнее...
Ставлю пустой стакан на подоконник, и смотрю в глаза Клер. Зрачки не сужены, не расширены... Дыхание вроде в норме, пульс... Прикладываю пальцы к ее шее, она слабо улыбается.
- Щекотно...
- Лежи спокойно. Сейчас укол сделаем, все будет хорошо! Как руки-ноги, чувствуешь?
Она демонстративно шевелит пальцами на руках, затем пытается двинуть ногой, но доктор буквально коршуном налетает на меня:
- Быстро в сторону!
Сноровисто сделав укол, эскулап с облегчением выдыхает.
- Все, успели!.. Теперь давайте посмотрим вашу ножку... Странно!..
- Что тут странного, доктор? Порез, лезвие было смазано чем-то вроде яда гремучей змеи...
- Вид у раны не такой, как обычно... Я уже видел порезы, нанесенные отравленными клинками. А здесь — как будто от простого ножа, глубокая царапина, и все!
- Вы будете накладывать повязку, или нет? - поинтересовалась Клер. - А то нам дальше ехать нужно...
- При попадании яда в организм возможны осложнения, поэтому требуется наблюдение врача, - пытается навязать свое мнение доктор. - Пусть рана немного очистится естественным образом.
Ах, вот оно как... Мы-то и не знали...
- Доктор, у вас нервы крепкие?
- Не жалуюсь, а что?
- Хочу вам кое-что показать. Милая, ты как себя чувствуешь?
- Уже лучше, только порез щиплет. Голова уже не кружится, все хорошо. Ну, долго там еще?
- Тогда расслабься и закрой глаза. Доктор, прошу вас отойти в сторону и отвернуться.
- Это еще зачем? Там нужно несколько швов наложить...
- Глаза поберегите. Впрочем, это ваше дело. Хочу обработать рану, если с ядом уже разобрались.
