– А вы уверены, что они простят мне своё унижение? Сами переживут насмешки со стороны сверстников? А если не выдержат давления? Думаете, я не понимаю, что зона их не исправит, а сломает? Я не понимаю, как вы могли их так воспитать. Внушить им, что они особенные, выше других. Вы сами двадцать лет назад кем были? Это не вопрос, это напоминание. Я даже допускаю, что по отдельности они хорошие парни и держат марку друг перед другом. Вопрос: зачем? Если вы друзья – держитесь на равных. Я не знаю, как поступить, не имея гарантии своего спокойствия. Мне стоит доверять вашим детям или ходить и всё время оглядываться? Что придёт в голову в очередной раз вашим бездельникам?
– Они не бездельники. Антон учится на втором курсе, Платон и Денис на первом в финансовом колледже, Инга в десятом классе.
– Хороша учёба. Будний день, полдень и ребята на домашнем обучении. Вы меня не слышите. Для вас сейчас важно без лишнего шума добиться свободы для ребят. Это я поняла. Идёмте. Пора мне и вам найти точки соприкосновения. – Они вернулись в кабинет Ильинского. – Александр Иванович, мы можем поговорить в кабинете Шевчука? Не смотрите на меня так. Я хорошо помню ваши уроки. – Петренко, Храмов и Елизавета, в сопровождении Ильинского, прошли в кабинет и сели за приставку к столу хозяина кабинета. – Я вас, господа, слушаю.
– Елизавета Павловна, у нас есть шанс решить всё, не доводив дело до суда? Пойдите нам на встречу. Просите всё, что хотите, – Шевчук нервничал, и это было заметно. – У нас всех может быть столько проблем из-за этого случая. Если вы беспокоитесь о своей безопасности, то мы вам её гарантируем. Они не приблизятся к вам ближе, чем на сто метров.
– Юрий Анатольевич говорил о машине. Это с вашей стороны, действительно, была шутка? – Петренко вопросительно посмотрел на неё.
– Я просто представила себя за рулём красной машины. Мой прежний автомобиль был неприметным.
– А мы нашли такое авто, о котором вы говорили, – вступил в разговор Храмов. – Тойота Аурис, 2018 года, хэтчбек красивого красного цвета, автомат, правый руль, объём 1,6л.
– А если мне ближе моя родственница Мазда?
– Есть, но они уже с левым рулём, – добавил Шевчук. – Мы будем вашими вечными должниками, Елизавета Павловна, Вас эта сумма устроит? – он написал на листке для заметок сумму и протянул его Лизе.
Лиза посмотрела на цифру и положила листок в свой карман.
– Хорошо. Я согласна, но с одним условием – я должна встретиться с вашими детьми, скажем, в субботу. Пусть сами выберут место и время. Сегодня я встречусь со следователем, а дальше действуйте самостоятельно. Как меня найти, знаете. Всего хорошего. Проводите меня, Александр Иванович.
– Тебя отвезти домой?
– Нет. Я поеду в полицию. Как поживаете? Как дела у жены и сына?
– С Леной всё в порядке, а вот с Никитой проблемы. Дважды был женат, но опять в активном поиске. Он работает здесь. Хочешь увидеться?
– Нет! Не могла же я не поинтересоваться, раз уж нам с вами довелось встретиться. Кто будет всем этим заниматься?
– Сделай у нас копию паспорта для оформления машины, а за остальное не волнуйся. Всё сделают в рамках закона и в короткий срок. – Жанна, сними копию. – Как тебе работается? Ты замужем?
– Да. Мой муж врач, а сыну третий год. Работа не пыльная, но, как видите, иногда проблемная. Звоните, будет необходимость, – сказала Лиза, забирая паспорт и выходя из приёмной. В коридоре она заметила Никиту Ильинского, а он заметил её и отца.
– Ну, я пойду. У меня много дел, – Ильинский вернулся в кабинет, оставив сына наедине с Лизой.
– Привет! Давно не виделись, – он говорил так, как будто они расстались год назад. – Лиза, ты выглядишь потрясающе!
– Это комплимент или повод для начала разговора? Ты ждёшь, что я начну петь дифирамбы в твой адрес? Знаешь, ты Ник, мало изменился. Всё такой же уверенный в себе мачо. Правда, лоск как-то пропал, волосы покидают голову. Неужели стареешь?
– Я в полном расцвете сил, как Карлсон.
– Похож! Особенно в области живота.
– Лиза, может, посидим где-нибудь, выпьем по чашечке кофе, поговорим? А что ты делала у Шевчука? Ты, я слышал, адвокат.
– Рабочие моменты. Извини, посиделок, а особенно разговора, у нас с тобой не получится. Мне не интересно ни как ты, ни с кем. Я вычеркнула тебя из своей жизни ещё десять лет назад. У нас нет ни общих знакомых, ни друзей, ни того, о чём можно вспоминать. Даже эта случайная встреча с тобой не вызвала в моей душе ничего. Прощай. У меня много дел, – спускаясь вниз, она на ходу звонила Кузьмину, довольная коротким разговором с Никитой.
– Игорь Ильич, я пошла на сделку с совестью и согласилась на их условия, – сев в машину, сказала Лиза, посмотрев на Кузьмина. – Теперь дело за вами. Эту бессмысленную войну мне не выиграть. Я отказываюсь от всех претензий, а у вас будут развязаны руки. Все останутся довольны.
– А вы не допускаете мысли, что вас могут обмануть, а могут и карьеру испортить?
