– Мол, Брайгенс ужасно огорчил ваш городок тем, что давит на невменяемость. Мальчишка-то уже в Уитфилде.
– А вот и нет. Мальчишка в Уитфилде, но лишь для первичного освидетельствования. О невменяемости речь может пойти в суде, но уже без Джейка.
– Пока он его адвокат. Джилдер и его приятели думают, что Джейк столкнется с трудностями при подборе присяжных в железнодорожном деле.
– Разве железная дорога не хочет сделки?
– Похоже, нет. Но и с процессом не торопится. Они намеренно тянут в надежде, что Брайгенс увязнет со своим парнем. Процесс об убийстве может получиться весьма неприятным.
– Тянут? Впервые слышу такое от фирмы, специализирующейся на защите.
– Это одно из направлений нашей деятельности.
– В том-то и беда. Судья Нуз крепко держит в кулаке свой реестр дел. Сейчас он перед Джейком в долгу. Если Джейку хочется быстрее устроить процесс, он его получит.
Доби вернулся к еде, а потом запил съеденное пивом.
– Джейк продумал цифру?
– Два миллиона, – без колебания ответил Гарри Рекс с набитым ртом.
Доби, опытный адвокат, состроил гримасу, словно речь шла о двух миллиардах. Оба продолжили молча есть и размышлять о цифрах. По контракту, который Гарри Рекс обсуждал с родственниками Смоллвудов, ему полагалась треть в случае соглашения и четверть в случае судебного процесса. Они с Джейком договорились поделить гонорар поровну. За бобами и пивом арифметика шла на ура. Это была бы самая крупная выплата в истории округа Форд, и в ней нуждались все – и истцы, и их адвокаты. Гарри Рекс еще на начал тратить денежки, но явно мечтал об этом. Все, чем владел Джейк, было заложено. Не говоря о предстоявшем возмещении банковского кредита на расходы по тяжбе.
– Что со страховым покрытием? – с улыбкой спросил Гарри Рекс.
– Не могу ответить, – усмехнулся Доби. – Высокое.
– Не сомневаюсь. Он потребует, чтобы жюри утвердило сумму гораздо выше двух миллионов.
– Это же округ Форд, там еще не видели вердикта даже на миллион.
– Держу пари, мы сможем отыскать дюжину людей, не слышавших об убийстве.
Доби засмеялся, Гарри Рекс тоже выдавил улыбку.
– Брось, Гарри Рекс, ты даже двоих не найдешь, кто бы об этом не слышал.
– Не исключено, но мы постараемся. Нуз даст нам достаточно времени на отбор присяжных.
– Разумеется. Слушай, мне бы хотелось, чтобы вы отхватили большой куш и потрепали этих грязных страховщиков. Хорошие отступные снимут напряжение. Но для этого Брайгенс должен избавиться от мальчишки. Сейчас тот – обуза, во всяком случае, с точки зрения Шона Джилдера и Уолтера Салливана.
– Всему свое время.
Как известно, юридический бизнес достигает пика активности в полдень пятницы, а потом резко стихает. Адвокаты, обычно толпившиеся в коридорах здания суда, после ланча разбегались кто куда. Большинство, навешав лапши на уши своим секретарям, покупали пиво и в блаженном одиночестве разъезжались. Убедившись, что телефоны молчат, а начальство сбежало, многие секретари следовали их примеру. Ни одного уважающего себя судью нельзя было застать во второй половине пятницы в судейской мантии. Многие отправлялись на рыбалку или на гольф. Девушки-клерки, обычно носившиеся взад-вперед с важными документами наперевес, бежали куда-то по не менее важным делам и уже не возвращались, а оседали в салонах красоты или около прилавков бакалеи. К концу второй половины пятницы колеса юстиции уже не просто буксовали, а наглухо вязли.
Джейк собирался позвонить Гарри Рексу с целью изучить возможность рекогносцировочной выпивки. К 15.30 он завершил все дела и размышлял, что бы солгать Порсии, чтобы не выставить себя лентяем. Он оставался поборником положительного примера, подаваемого руководством подчиненным, а Порсия легко поддавалась влиянию. Правда, двухлетний опыт работы с Джейком обучил Порсию как его расписанию, так и всем вариантам отговорок.
Но в 15.40 она сообщила по переговорному устройству, что к нему явился посетитель. Нет, не по записи. Да, она понимает, что уже конец пятницы, но посетитель – пастор Чарльз Макгерри, утверждающий, что у него срочное дело.
Джейк пригласил его к себе в кабинет. Они сели в углу – Чарльз на старом кожаном диване, Джейк в кресле столетней, если не больше, давности. Священник отказался от кофе и от чая, было заметно, что он встревожен. Чарльз рассказал, что во вторник отвез Джози и Киру в Уитфилд, оставил их там, а на следующий день забрал. Джейк все это уже знал: он дважды беседовал с доктором Сэйди Уивер и слышал, что семья провела вместе в три приема в общей сложности почти семь часов.
