— Когда мне это всё же удалось, мой неудавшийся убийца уже закончил свои, вне сомнений, страшные дела. Он направился к выходу, а я решила вылететь через дыру в крыше. Вот тут-то удача окончательно от меня отвернулась. Налетел ветер, и дальше я почти ничего не помню. Меня швыряло в потоках воздуха и несло в сторону лабиринта. Мне ничего не удавалось с этим сделать. Затем я почувствовала удар, и всё.
— Всё?
— Да, всё, — огрызнулась Рита, задетая столь скупой реакцией на свой упоительный рассказ. — Я пришла в себя на этом грязном диване, когда Регулус… — она замолчала и опустила глаза. — Жаль этого мальчика.
Пальцы Сириуса дёрнулись и обхватили ремешок волшебных часов на запястье другой руки. Часы тикали, будто человеческое сердце.
— В доме есть кто-то ещё, — взволнованно проговорил Северус.
— А что, если это Зобраст? — Рита понизила голос и задрала голову, будто сквозь потолок хотела найти его высохшее тело в кабинете. — Может, он и не мёртв вовсе?
— Не выдумывай, — отрезал Сириус, но Рита уже оседлала любимого конька.
Её было не остановить:
— Мы должны потыкать в него серебром. Вдруг он вампир, который оживает по ночам и бродит по коридорам. Или инфернал! Проверять надо, он уже труп или нет пока.
— Проверять? Что там проверять, когда у него рёбра торчат костьми наружу? И потом, Регулуса убил не инфернал, — Северус устало потёр переносицу. — Я вообще не понимаю, что с ним. Как будто он просто перестал дышать, и всё — душа вылетела. Грим украл.
Сириус встрепенулся.
— А если так и оно и есть! Регулус видел собаку в день пропажи Эмс! Грима видят незадолго перед смертью.
— Жуть, — пискнула Рита, подтянув к себе колени.
— Да! — Сириус почувствовал прилив сил, пусть и отнюдь не светлых. — Вой, следы… всё сходится!
— Хочешь сказать, что здесь окопался грим?
— Хоть десять! Призрачных псов полно, их видят в разных уголках земли. В Британии их масса! На острове Мэн обитает пёс-призрак — Мотти Дуг, в Норфолке — Шак, в Шотландии — Баргест. Сколько там пустых клеток в подвале, не напомнишь?
— Всё равно это не объясняет, за кем следила Рита прошлой ночью.
Блэк отмахнулся. Он загорелся проверить догадки и поспешил наверх — в комнату Регулуса.
Комната Регулуса. Склеп Регулуса. Как ни назови, смысл не изменится. Когда они были маленькими, дядя Альфард рассказывал, что грима можно поймать и вырвать из его пасти украденную душу.
— Сказки, — сказал тогда Сириус, но сейчас согласен был поверить во что угодно, если это могло вернуть ему брата.
Он открыл дверь, стараясь не шуметь, хотя смысла вести себя тихо не было вовсе: Регулус не спал. Лунный свет затопил его комнату, посеребрив кромку штор. Эфемерный свет, потусторонний. Он падал на пол, полоску ковра у кровати и протыкал покрывало на ней длинными копьями эфемерной ртути. А вот самого Регулуса на покрывале больше не было.
========== Глава 7. Воскресенье ==========
«Где я буду завтра в это время?
Буду ли прыгать от радости или утопать в горе?»
— «Doing All Right» — «Queen»
— По кирпичикам разберу!
Сириус метался между комнатами, распахивал двери и снова метался уже по самим комнатам. Он всё переворачивал вверх дном. Самое страшное — то, что никак и ничем не объясняется. Снейп больше не пытался до него достучаться, остановить, образумить. Сириус вознамерился обыскать каждый угол в доме. Сириус ничего не понимал. Пёс внутри него рвался наружу, визжа от бешенства. Волосы прилипли к взмокшим вискам.
Он чувствовал, что за ним кто-то наблюдает, в затылке словно проросла кусачая герань и клацала зубами над ухом: обернись, обернись… Сириус быстро обернулся, но никого не увидел. Что это? Неужели первый звоночек помешательства? Так нельзя, а то поедет крыша.
Паранойей страдал Грюм, не Сириус Блэк, хотя от волшебного глаза Аластора Бродяга бы сейчас не отказался: он бы каждую стенку просмотрел, каждый камень! Грюм — маниакальный перестраховщик, но ему простительно с его опытом борьбы с тёмными волшебниками, от которых можно ждать подлянки в любой момент. Вот так выпрыгнет из-под ног проклятый коврик — отправишься с переломом в Мунго. Подберёшь кнат под порчей — все деньги из кошелька пропадут. Воспользуешься заговорённым лезвием чарбритвы — без головы останешься… Это магия, детка. Живёшь в волшебном мире — будь готов проснуться лысым, нищим, тощим, слепым, рогатым или безголовым… Продолжать можно бесконечно. Хотя тот же сэр Николас и без головы недурно живёт, то есть — существует.
И всё же было в доме нечто, из-за чего инстинкты кричали Сириусу: беги! Беги, пока не поздно. Но куда же ему бежать? Он бы с радостью… и лишь когда отыщет брата, живого или мёртвого.
