— Я его не знаю Ваша Честь! — отпарировал я. — Но у меня есть идея насчёт этого никчёмного существа, у которого нет и рупии за душой, если конечно допустить что она у него есть.
Разочарование уступило место любопытству. Он потёр пухлые ручки.
— Продолжайте…
Я показал на своё горло и на бутылку минеральной воды стоявшей на столе..
— Да, да! Сержант, налейте ему!
После целой ночи пребывания в камере при сорокоградусной жаре это был как нектар, я чуть не захлебнулся. Чарли попытался вякнуть что и ему тоже нужно, но на него никто не обратил внимания.
— Могу я с вами переговорить тет-а-тет, Ваша Честь? — спросил я отдышавшись.
Он посмотрел с сомнением на мои руки, потом решив что безопасность стоит денег решился.
— Подождите за дверью. — сказал он полицейскому. — И этого тоже захватите.
Когда Чарли был выдворен из кабинета, он повернулся ко мне.
— Я слушаю.
— Продайте мне его. — с ходу огорошил я. — Но предупреждаю, он не стоит пятьсот долларов, это цена за мою свободу.
— Во сколько же вы его оцениваете? — судья наклонился ко мне и я мог отчётливо видеть капельки пота на его покатом лбу.
— Пятьдесят долларов! — выпалил я. — И это только из уважения к вам, Ваша Честь!
— В Индии торговля живым товаром является преступлением!
— Я неправильно выразился. Отдайте мне его на трудовое перевоспитание, а я сделаю из него образцового члена общества.
— За сто пятьдесят долларов! — закончил за меня судья Сингх. Он поискал взглядом молоток, не нашёл, стукнул кулаком по столу, как придавил печать.
— Это моё последнее слово!
— Я никогда бы не осмелился спорить с уважаемым судьёй.
Под надзором полиции я прошёл в отель где снимал номер, достал деньги и вручил по возвращению уважаемому судье, который просил не забывать их город и навещать почаще.
В свою очередь я попросил его позвонить в местное отделение Министерства культуры, поручиться за меня. Что и было сделано его Честью не слезая с кресла.
— А что вы собираетесь искать в пустыне? — задал он коварный вопрос.
— Древний город. — ответил я нимало не смутившись.
— Но там же ничего нет кроме обломков камня! Там вообще ничего нет!
— Лучше пожелайте мне удачи, Ваша Честь.
Вот так мы и расстались. Если уж не друзьями, то по крайней мере без взаимных упрёков. Он получил деньги, а я получил помощника.
Вот так он оказался в пустыне вместе со мной.
Чарли Блэк — одиозное имя, не правда-ли? Но он так назвался, а в нашей среде не принято лезть в душу. Придёт время, если придёт конечно, сам расскажет. Про него я знаю от других. Бывший ЦРУшник, где-то что-то преподавал муджахеддинам в тренировочных лагерях в Пакистане, сам принимал участие в боевых действиях в Афганистане, и что-то у него с ними случилось, или со своими начальниками что-то не поделил. Бежал в Индию и застрял здесь, навсегда. Пока не появился я.
Приборы не работали, ни один. Даже простой китайский компас купленный за 12 рупий, а это целых двадцать центов!
— Мне это дерьмо что-то напоминает. — Чарли развалился в тени большого обломка скалы в белой панамке. Вообще в полевых условиях он изменился. Самое главное исчезла нервозность в наших отношениях, да и вообще во всём.
— Что именно?
— Вот это. — он обвёл рукой вокруг. До самого горизонта долина была заполнена обломками камня. — Я видел такое в Афганистане после русской бомбёжки. — Интересно кто же бомбил здесь. И зачем?
— Не меньше ста тысяч мегатонн. Около двухсот километров. Ты на Новой Земле бывал?
— Не доводилось.
— Тогда тебе не с чем сравнивать. Это у вас учёных беда такая. Вы ничего не видели и ничего не знаете. А объясняете всё с позиций марксизма. Скажешь не так? — он залез в мою сумку, достал бинокль, приложил к глазам.
— Вот и он.
— Кто?
— Индийские ВВС. Знают что здесь не пройти, а всё равно летают. Интересно что они будут делать если заметят отряд террористов?
— Сообщат на базу и прилетят серьёзные самолёты.
— Нет. — Чарли покачал головой. — Они попробуют их перехватить на краю пустыни. — Хотя… — он почесался. — Ещё никто не пересекал это кладбище камней, a дальше вообще один песок, есть дорога в Пакистан, но далеко на юге. Воды тоже нет. Будем возвращаться?
— Нет.
— Правильно. Давай умрём здесь. Не всё ли равно? Кстати, я не спрашивал ещё, зачем ты меня выручил в баре, а потом у судьи…?
— Мне нужен помощник.
— Почему я?
— А почему нет? И вода здесь есть. Посмотри вон туда! — я показал направление.
— Ничего не видно. Ты можешь сказать что мы ищем?
— Развалины старого храма.
— Если он выглядит как это… — Чарли безнадёжно махнул рукой.
Я достал из папки которую таскал в сумке фотографию со спутника.
— Глянь!
С высоты это выглядело почти как окружающая местность, почти…
Но прямоугольные очертания скрытых под обломками стен явственно проступали на поверхность, и кроме того неподалёку было старое русло реки, также засыпанное камнями, но с редкой зеленью пробивающейся здесь и там.
— И ты знаешь как туда добраться через этот мусор?
— Будем идти.
За первый день мы прошли пятнадцать километров, потом стало хуже.