— Ой, кто это? — она схватила мокрые вещи и постаралась ими прикрыться.
— Поздоровайся, это тодд, я тебе говорил о них.
— Здравствуйте, я не заметила вас сначала.
— Ничего, маленькая белая госпожа. Ты можешь не стесняться.
— Он видит сквозь одежду! — шепнул я.
Ой! — опять пискнула Даша прячась за меня. С большим трудом мне удалось вырвать мокрые вещи из её рук и она продолжая пищать помчалась прятаться за виману.
— Ты следил за мной. — сказал я утвердительно, — зачем?
— Хотел лучше узнать тебя. Те люди, останки которых ты нашёл, пришли за ней… — он погладил серебристый корпус, как будто аэрокрафт был живой. — Поэтому мы не стали с ними разговаривать. А когда наши слуги узнали об этом…
Он не стал продолжать. Я видел обглоданные кости скелетов.
— Что такое проект «Die Glocke»? — неожиданно спросил он показывая мне на грудь.
— Не знаю. Профессор Лейпцигского университета Кённенрад работал над ним, но у него видимо что-то не получалось, вот поэтому они сюда и пришли.
— Ты должен видеть это.
— Что?
— Результат.
Он повёл меня вокруг виманы, туда где был вход. Даша уже была внутри в кресле пилота, укрытая чем-то красным с золотом и спала.
— Не буди её. — сказал тодд заметив моё движение. — Иди за мной!
Он привёл меня в отсек, где стояли только четыре контейнера соединённые между собой похожими на аллюминиевые трубы.
— Двигатель дальше, за стеной. А здесь находится ртуть. Топливо.
Он показал на маркировку.
— Здесь белая, а в этом красная. Ваши алхимики делали красную ртуть неоднократно, но называли почему-то филосовским камнем, хотя на камень она совсем не похожа и является трансмутирующим агентом, причём очень сильным.
— Первые сообщения о красной ртути у нас появились только двадцать пять лет назад, это произвело шок на учёных-физиков. Они утверждали что с её помощью можно сделать бомбу размером с теннисный мяч, и мощностью десять мегатонн.
Он помолчал. Нужно время чтобы перевести слова «теннисный мяч» и «мегатонна», потом кивнул.
— Да, это так. У нас есть такие. Правда для безопасности они находятся в контейнерах, а это больше теннисного мяча. — он улыбнулся. — Вот она, посмотри. Узнаёшь?
Он нажал значок на стене и она открылась. Внутри лежало моё «ядро».
— Я нашёл такое недавно.
— Поэтому я и привёл тебя сюда, ты должен знать как с этим обращаться.
Он опять посмотрел на меня снимая информацию.
— Это хорошо что ты разрядил… ядро. По отдельности элементы оружия совершенно безвредны. Но ты прав, можно создать условия при которых оно станет опасным. Поэтому избавься от него как можно скорее.
— Как я могу это сделать?
— Вода. Ты видел как символы меняются через шесть ячеек. Это для солёной воды. Через двенадцать для пресной. Брось цилиндр в море.
Он не пытался заставить против моей воли своей магией или гипнозом. Он видел что я и так это сделаю.
Утром следующего дня, с пустыря на окраине Шамони, в обстановке строгой секретности взлетели два вертолёта и взяли курс на Монблан. Команда полковника Коваленко находилась на первом геликоптере, команда группенфюрера на другом. Сам генерал сидел рядом с полковником, не желавшем ни на минуту выпускать эсэсовца из глаз.
— Хороший ход. — сказал Отто Шваб, расстёгивая свой плащ, под которым виднелась труба гранатомёта.
— А это зачем? — лениво поинтересовался полковник, теперь когда он рядом, можно было расслабиться.
— Ты всё время забываешь об игре. Следующий ход мой. — холодно блеснул глазами старик.
— Ерунда это всё! — безапелляционно заявил Коваленко, подумав что как только они окажутся в бункере, с генералом нужно будет кончать. Он закрыл глаза, отдавшись полёту и задремал под насмешливым взглядом врага.
Через пол-часа, когда вертолёт был над отрогами Монблана, старик отворил дверь, прицелился и выстрелил в сопровождающий их геликоптер с пятью его людьми на борту.
Яркая вспышка и звук взрыва разбудили полковника. Глядя через окно на падающие обломки он заорал на генерала:
— А это ты зачем сделал, старый сифилитик?
— Я предупреждал что следующий ход мой. — эсэсовец вытянулся в кресле поудобнее. — И перестань визжать как беременная баба. Лучше обдумай как ты будешь ходить, пока время есть. Цейтнот — неприятная штука, в нашем положении.
Сумасшедший или… Коваленко вгляделся в глаза генерала. Они были пустые, холодные и ничего не выражали.
— Хочешь подсказку? — рот группенфюрера скривился в язвительной усмешке. — Я позволил своим людям узнать где находится вход в бункер, и было бы ошибкой оставить их в живых после этого.
— Но если мы избавимся от моих, кто будет доставать сокровища? А поднимать их наверх?
— Не хватай всё что попало. — старик вытащил из кармана бриллиант размером с горошину. — Это образец, мы реквизировали их по всей Европе. Набьёшь пару карманов, зачем тебе больше?
— Два кармана это сколько в долларах? — спросил Коваленко.
— Пятьдесят-семьдесят миллионов. Выбери покрупнее, они дороже.
— А ты?
— У меня есть. — махнул рукой генерал. — Я же тебе говорил что мне нужно, машина. Даже не вся, а только маленькая часть. И документация, которую привезёт «Копперфильд».
Твой ход, полковник. Не ошибись!