Вот слушаю, и не срастается у меня что-то. Концы с концами не сходятся. Израиль - это страна такая хитрая. Это тот хвост, который любой собакой способен вертеть, к которой прилепится, а то и несколькими разом. В нашей резервации никто не знает, где она находится, а некоторые даже подозревают, что ее нарочно выдумали - киндер-пиндеров пугать и денежные средства списывать.
И тут давай опять мне рассказывать - какие они хорошие, а те... другие - плохие. Я такое по-жизни много раз слышал. Никто о себе плохое не скажет, плохое говорят о тех с кем конкурируют, чтобы еще принизить и еще более хорошим казаться. Ну, хотя бы в собственных глазах. Часто даже не тебе, а для себя говорят, словно себя же в этом и убеждают, а ты навроде свидетеля выступаешь.
Короче - рассказывает она про эти пострелялки, которые ничем не кончились - разбежались по своим углам, а тут другое как раз началось - уже в глобальном смысле. Целые государства стали пропадать, боеприпасы взрываться сами по себе. Жуть! Потому-то только те дела сохранили, что на тот момент в разработке были. И теперь, не мудря, хотят довести их до конца... Зачем, спрашивается? Разгона взяли, теперь остановиться не могут? Если тот проект, в который я включен, еще в СССР начинали, значит, лихие марафонцы они - мастера под уклон по плоскости катиться. Тут сразу вопрос - а внизу-то что?
Про СССР я слыхал. Его по мерцалке ругают, и фильмы жалостливые показывают, как там всем плохо жилось. Убеждают, что сейчас все намного лучше - сейчас свобода. Но мне один человек, которому доверять можно, сказал, что тогда старики по мусорным бакам не копались. Я удивился - мусора, что ли не было? И после этого доверять ему перестал - сболтнет же такое! За дурочка меня, что ли держит?
У нас мусора много больше стало. Интересный мусор. Говорят, скоро со всей Европы будут свозить, и даже деньги за это платить, тогда все заживем хорошо...
- Нет, - говорю, - больше вашего СССР!
- А присяга? - спросила.
Странным мне это показалось, сохранять клятву государству, которое нет, а то обгрызенное, что вместо него образовалось, тебя предало, сдало с потрохами и открестилось. Так об этом ей и заявил.
А она словно на ребенка посмотрела и сказала (никогда не забуду):
- Как девушку называют, что часто парней меняет, хотя каждому клянется, что он ее единственный?
Я только одно слово знал, но оно не подходило, чтобы вслух его сказать - сильно матерное. Тогда она сама сказала, спокойно, утвердительно.
...!
Надо же! А еще в костюме! Да таком, ну, прямо-таки с иголочки, а слово это легко, не заикаясь, выговорила. Может, она и под костюмом живая? Но потом и другие мысли навалились... Тоже мужские, но словно с другой стороны весов. Про Честь эту. Что есть такое понятие - я уже не впервые слышу. Ивыч мне во все уши влить смысл пытался. Наверное, культ есть такой, про который вслух не говорят, не положено. Не знаю, почему. Запрещено это, или стыдятся? Странный культ самоубийц. А как еще иначе их назовешь, если по сегодняшним временам с ним, с этим понятием, жить нельзя? Я с моим соседом много насчет этого спорил, а он мне рассказы подсовывал - от запрещенных авторов. Не иначе, потому запрещенных, что их в продаже не найдешь - не продаются они (простите за каламбур). Ивыч не только меня учить пытается. Другой бы давно стуканул на него за нелегальщину, но не в нашей резервации. У нас стукачу рано или поздно кранты. Хоть и бедный район, но подобным никто не пытается зарабатывать. Сосед говорил, что это оттого, что не всю Честь растеряли. Уперся! Под все базу подводит. Много у него книг, но только все не глянцевые, не броские, а из "старых". Мне один автор сильно запал. Во-первых, потому что русский, а сейчас русские имена на обложках стараются не писать, другие подставляют, более звонкие, чтобы звучали горохом в пузыре, во-вторых, быстро они не читаются. Я книжки глотаю запросто, могу одну до обеда, другую после, а здесь вгрызаться пришлось, в каждую фразу вникать, будто знаний не хватает. И еще автор этот, сразу видно, имени отца собственного не стесняется - редкий случай - на обложке оно указано. Сейчас везде, даже в документах, имена отцов не указываются, а у него очень по-русски - между именем и фамилией отчество втиснуто - Васильевич! Васильевич - это значит, что отца его Василием звали. А раз так, то наверняка, он тоже свое собственное отчество гордо носил. Не отрезанный ломоть. Знал, значит, отца... Редкость по сегодняшним временам. Не читали? Откуда вам! Считайте, что по знакомству кусочек подсовываю! Такое сегодня только по очень большому блату можно, поскольку небезопасно. Но я не боюсь! Всякому есть свой...
ДОЛГ
(история, рассказанная Иваном Васильевичем Зориным)
