Я предлагаю прогуляться и приобрести что-нибудь зелененькое и постное для Евы, но дочь проявляет неслыханное благородство и позволяет мне насладиться горячим ужином. А сама намеревается посетить кафетерий и по возвращении поет дифирамбы бару с великолепным выбором салатов. В коробке из пенопласта, которую Ева притащила с собой, обнаруживается салат-ромен и сладкий перец, но их сложно разглядеть за горой турецкого нута.
Великолепно, дочь получит необходимое количество белка, клетчатки и других полезных веществ.
Приходит одна из сестер, чтобы унести пустые подносы, и говорит, что хорошо бы кому-нибудь остаться на ночь с Джереми. Ни к одному из нас она конкретно не обращается, но смотрит на меня. Думаю, именно в этот момент во мне произошла радикальная перемена, потому что я снова почувствовала себя матерью.
Вдруг я вспоминаю, что с незапамятных времен не принимала душ. В последний раз это было, когда Натали ворвалась к нам в номер в Страффорде. Поэтому я долго оправдываюсь, объясняя, что мне необходимо вернуться в номер и привести себя в порядок.
Дэн выражает желание меня сопровождать. И поначалу я думаю, что ему снова хочется заняться любовью. Однако, когда мы заходим в коридор, он, минуя мою дверь, направляется к себе в номер. В изумлении я останавливаюсь:
– Ты куда собрался?
– Так, надо кое-что захватить, – невнятно объясняет Дэн и, по-видимому, считает, что этого вполне достаточно. Видя мое замешательство, он уточняет: – Вот решил провести эту ночь с тобой в больнице. Как ни крути, а ведь очень скоро я стану его, хм…
– Папой Джереми, – расплываюсь я в широкой улыбке.
Лицо Дэна вспыхивает от смущения, но он бесконечно счастлив и спешит к себе в номер.
Мы с Дэном проводим ночь, приютившись на разложенной кушетке возле окна, предназначение которой служить спальным местом для одного человека. Подушка у нас тоже одна на двоих. Джереми ни разу не просыпается, но стоит ему пошевелиться, и мы тут же вскакиваем и прислушиваемся к дыханию малыша.
Несколько раз я подхожу к кроватке, якобы поправить легкое одеяльце, которым накрыт Джереми, а на самом деле чтобы еще раз полюбоваться на ребенка. С трудом преодолеваю желание взять его на руки и, прижав к груди, устроиться в кресле-качалке. Однако еще с младенческих дней Евы я на всю жизнь усвоила золотое правило: спящего малыша ни в коем случае нельзя тревожить.
Потоптавшись у кроватки, возвращаюсь на кушетку и прижимаюсь к теплому телу Дэна. Он обнимает меня одной рукой, чтобы не дать упасть на пол.
Наконец наступает утро, и Джереми начинает проявлять признаки беспокойства. Дэн стремительно преодолевает препятствие в виде мой распростертой фигуры и бежит к двери.
– Ты куда собрался? – интересуюсь я.
– За бутылочкой для Джереми.
Я не могу удержаться от смеха.
– В чем дело? – в недоумении оборачивается Дэн, держась за дверную ручку.
– Нет, ничего. – Понимаю, мой смех неуместен. – Иди уж!
Я занимаюсь сменой подгузников, и в этот момент приходит Мутти с Евой. Ужасный вид дочери меня поражает. Лицо отечное, под глазами пролегли черные круги. Шаркая ногами, она тащится к окну и без сил падает на кушетку.
Завершив процедуру с подгузниками, бросаю многозначительный взгляд на Мутти и киваю в сторону двери. Надо же выяснить, что случилось.
Выйдя в коридор, я плотно закрываю за собой дверь палаты.
– Ну, в чем дело? Что опять стряслось?
– Ева из рук вон плохо спала ночью. Ее мучили кошмары. Все время снился Роджер, а потом она никак не могла уснуть.
– Господи, только этого не хватало! Надо было остаться с вами в номере.
– Нет, милая, это не поможет. И если придется задержаться тут еще на одну ночь, Еве лучше провести ее с вами в больнице. С трех утра она не дает покоя и все спрашивает, когда мы вернемся домой.
С кухни возвращается Дэн, в руках у него бутылочка с детским питанием.
– Так, рассказывайте, что тут у вас случилось?
– Ева плохо спала ночью.
– А где она сейчас?
– В палате у Джереми.
Дэн подходит к маленькому окошечку в двери и заглядывает внутрь.
– Дэн, что ты задумал?
Не ответив на вопрос, он открывает дверь и заходит в палату. Мы с Мутти следуем за Дэном.
– Давай, Ева, поторапливайся. Надо собираться.
– А? Что такое? – хмурится дочь.
– Нам с тобой надо срочно сделать кое-какие покупки. Хорошо, что я приехал на грузовике.
Короткое мгновение мне кажется, что Ева ответит отказом, но она поднимается и снимает с вешалки куртку.
– Далеко собрались? – интересуюсь я. Дэн в это время тщетно старается найти второй рукав своей куртки.
– Нас ждут неотложные семейные дела, – озорно подмигивает он. – Давай, детка, не копайся! – обращается он к Еве. – Нам сегодня надо многое успеть.
Они снова появляются на горизонте далеко за полдень.
– Ма! – восторженно кричит Ева, вихрем врываясь в палату. – Ты и не представляешь, сколько мы всего накупили!
Дэн с таинственным видом идет сзади.
– Например? – с подозрением в голосе спрашиваю я. Днем к Джереми приходил врач и снял лонгет, и теперь мы с Мутти безуспешно пытаемся научить малыша играть в ладушки. С «ку-ку» дело обстоит куда лучше.
