В пути ничего не случилось. Легат продолжал учить грамоте солдат, и к концу похода они уже могли читать короткие слова. Зима вступала в свои права на территории всех северных королевств. День укоротился до предела, снег на дорогах уже откровенно мешал, а мороз по ночам становился таким, что проще было провести всю ночь у костра, чем спать в палатке, если в ней нет печи. И легат оплатил постой за две недели вперёд, когда они прибыли в город.
Писать новые письма пока было рано, дел в этом княжестве у него не было, и весь их постой напоминал зимнюю спячку. Коротать скуку помогало только забавное обучение солдат чтению и письму, местная библиотека и занятия с мечами на заднем дворе корчмы, в которых древний почти каждый день принимал участие от безделья. Поняв, что он хорош с мечом, и лишь четверо наёмников отряда могут его одолеть, бойцы зауважали его ещё больше. Но легату стало грустно от этого: предыдущий отряд, с которым он так же сблизился, почти весь погиб в стычке двадцать пять лет назад, и древний боялся того же исхода снова. Он понимал, что логической связи тут нет, и виной всему дела совета, порой опасные и непредсказуемые, а не его личное отношение. Только терять людей, к которым привык, и кто уже не относится к тебе как к колдуну, всегда тяжело. А предчувствие шептало, что терять придётся.
В конце первой недели пришло письмо от Филина:
«Голодомор шагает по княжеству. Сначала еды хватало всему войску, лишь крестьяне оставались голодными. Теперь же вдоволь наедаются одни столичные дружины, а другие отряды с каждым днём сильнее недовольны. Прекратили поступать товары из Маунтинвуда, а их торговцы ничего не закупают. Это ослабило поток налогов в казну. Князь кинулся закупать еду у Холвинда, но их торговцы продают мало и повышают цены. Казна пустеет. Зоран Лютич и его дружины хватают всех подряд и пытаются выведать, кто устроил всё это. Похоже, они поняли, но сделать ничего не могут. Вчера пришло послание от короля Маунтинвуда с ультиматумом: если князь не перестанет беспричинно хватать его купцов, король начнёт делать то же самое с купцами князя.
Зоранские дружины лютуют, недовольство среди бояр возрастает, один из недовольных сблизился с молодым княжичем, Владиславом. В селе на юго-западе подавили бунт. Для этого пришлось повесить каждого третьего. Два села у столицы опустели — люди просто ушли. По — крайней мере те, кто остался жив».
Легат подпалил бумагу от свечи, смял и бросил её в глиняную плошку. Язычки пламени пожирали её с одной стороны, потом перекинулись на другие, и вскоре комок был охвачен со всех сторон. «Как с этим княжеством, — подумал древний, — Ещё не поздно затушить, но, если не вмешаться, всё превратится в золу. Что-ж, не играй с огнём».
Всё шло по плану. Александр пока не видел нужды вмешиваться. Он лишь отправил письмо князю, не скрывая уже, кто он такой, с предложением оставить древним их деньги и предприятия, впрочем, не особо рассчитывая на успех. Слишком спесив был князь, чтобы признать поражение, и легат решил подождать следующего его шага. Он не испытывал радости от того, что побеждает, ведь всё это походило на сражение с ребёнком. В мире были страны, свалить которые стоило немалых трудов, но остолоп-князь со своим мелким княжеством разваливались от ветра ненастий, посланного легатом. Ему пришло в голову, что лучше бы князь не допускал иностранцев ни до чего, как это делали горцы. Но сам князь уже не мог этого сделать, а его предки профукали момент, когда только расселялись на этих землях. Возможное нападение княжеских дружин на Колопышевск не сильно пугало легата, но он всё же подчеркнул в письме, что его убийство разногласий не решит, а только ухудшит отношения.
Ещё одна неделя пролетела за обучением наёмников. Древнему настолько нечем было заняться, что он стал учить их писать в кабинете, и сейчас смотрел на восьмерых суровых мужиков, неловко гнущихся над листами бумаги за столом.
— Как «А» пишется? — спросил Сибальт у соседа.
— Ты что, забыл? Она на лезвие протазана похожа.
— Точно! — новобранец вывел нужную букву у себя на листе.
— Все написали?
Наёмники повернули листки к нему. «Атака» — было написано на каждом из них.
Александр указал на один из листов:
— Буквы должны стоять ровно, как солдаты в строю.
— Господин легат, держать построение я учился год, а пишу всего пару недель.
— Твоя правда, солдат. Немного терпения, пару месяцев стараний и всё получится. Но и сейчас есть, чем гордиться, как и всем вам. Следующее слово — «защита».
Ученики вновь склонились над бумагой, а в дверь постучали:
— Господин легат, к вам гонец из ссудного дома, — возвестил часовой.
— Обыскали?
— Да.
— Пусть войдёт.
Древний взял у посыльного чистый конверт и вскрыл его. Вновь Филин:
