Мердок проследил за моим взглядом.
– Не будь глупой!
– Это наш шанс! К этому времени Левина, наверное, и след простыл. Мы – единственные подозреваемые. Эн Серат помогать не станет. Придется провести остаток жизни в XXI веке, если, конечно, можно так выразиться. Скорее всего мы заживо сгнием в какой-нибудь тюрьме. Наш единственный шанс вернуться домой – угнать один из этих кораблей!
Мердок посмотрел на меня с ужасом:
– Господи, неужели ты говоришь серьезно? Ты ведь даже не знаешь, как управлять их кораблями!
– Откуда такая уверенность? Ни один человек и не пытался никогда этого сделать!
– А как же Грейс? Ты оставишь ее просто так, даже не попытавшись что-либо объяснить?!
Билл понизил голос и посмотрел в сторону двери. Чтобы расслышать его следующие слова, мне пришлось напрячь слух.
– Даже не попытаемся помочь им поймать Левина?
– Что я могу сделать для Грейс в моем теперешнем положении? Уилл погиб по моей вине. Неужели ты думаешь, она захочет меня слушать?
– Но это не… Я не хочу бежать таким образом. Это унизительно. Мы словно предаем ее… – В его голосе звучали боль и негодование.
– Либо мы отказываемся от Грейс, либо от надежды вернуться домой в свой век, увидеть станцию. После того, что случилось, остаток жизни мы проведем взаперти!
– Не проведем, если представим доказательства вины Левина и поможем найти мерзавца.
– Ты правда считаешь, что мы сможем? Вряд ли Левин сидит дома и ждет, когда его арестуют! Подонка не остановят даже деньги Грейс!
Билл снова прижался лбом к стеклу и провел рукой по волосам. Прозрачная поверхность замутнилась от пара его дыхания.
– Черт побери! У нас нет ни одного стоящего доказательства!..
Я судорожно сглотнула.
Мердок отошел от окна.
– Ладно, давай попробуем, все равно назад пути нет. Какой план?
– Я… – В голове снова все затуманилось. – Могу отвлечь внимание охранника, попросившись в туалет. А ты в это время сможешь незаметно подкрасться и напасть.
Мускулы на его лице немного расслабились.
– По-моему, тебе нужно пройти курс переподготовки по ведению боевых действий при нападении террористов.
– Может, у тебя есть идея получше?
Несколько минут он молчал.
– А ты можешь замкнуть дверь изнутри?
Осмотрев стены и потолок, я поняла, что единственный источник искусственного света находится под защитным стеклом на потолке. В одиночку я не смогу добраться до него. Камеры слежения не видно, если только ее не спрятали в укромном месте. Однако у нас в любом случае не было инструментов, чтобы вывернуть винты и вскрыть стенные панели, чтобы найти провода. Конечно, я могла залезть на плечи Мердока и попытаться вручную, однако…
– У нас нет для этого времени, даже если бы под рукой имелись необходимые инструменты. Наверняка за нами скоро вернутся.
Билл кивнул.
– Единственная причина тому, что мы все еще здесь, достаточно проста – они хотят спрятать нас от прессы. Ты пойдешь в туалет, а когда вернешься, я на него брошусь.
– Ну и чем же это отличается от моего плана?
– Ладно, ладно. Я не в самом творческом настроении.
Он вернулся к окну и сел на пол.
– Ну вот. Буду сидеть здесь в самой безобидной позе.
– Однако это не означает, что ты останешься тут.
– Не волнуйся. Верь мне.
– Эй! Эй, откройте! Есть кто-нибудь за дверью? – закричала я.
Дверь открылась, и на пороге появился солдат. На вид парню было не больше лет, чем Винсу, да и выражение лица такое же одинокое и усталое.
– Мне нужно в туалет.
Юноша подозрительно на меня посмотрел, затем бросил взгляд на Мердока.
– Мне нужно по-маленькому, – добавила я. – Понимаете?
– Они скоро придут за вами. Подождите.
– Я и так еле терплю. Конечно, можно сделать это прямо здесь, на полу, но тогда вам придется объясняться с начальством.
Очевидно, подобная идея ему не понравилась. Солдат пожал плечами.
– Ладно. Вы тоже можете пойти, – обратился он к Мердоку.
– Я подожду.
Охранник знаком пригласил меня выйти и слегка подтолкнул дулом ружья в спину, однако не переставал держать в поле зрения и второго заключенного, чтобы в случае нападения выстрелить. Судя по всему, мальчик хорошо знал свою работу. Да, выбраться отсюда будет гораздо сложнее, чем я думала. Но все равно несравненно легче, чем оттуда, куда нас отвезут позднее.
Туалет был на несколько бетонных ступенек ниже, почти в подвале. Спустившись, мы оказались в длинном узком коридоре. Наверное, он проходил через все здание. В обоих его концах светились надписи «Выход». Солдат подвел меня к одной из дверей и, пропустив внутрь, оставил ее приоткрытой.
– Как вас зовут? – спросила я, выйдя из туалета.
– Не могу ответить на ваш вопрос.
– Никаких лишних разговоров с заключенными, да?
Парень ничего не ответил, и мы продолжили молча подниматься по ступеням. По мере продвижения лампочки на стенах автоматически зажигались. Нигде не было видно камер слежения, однако они наверняка были хитро вмонтированы в стены. Глупо полагать, что в здании аэропорта отсутствуют столь необходимые аппараты.
Приблизившись к двери в каморку, я почувствовала, как от прилива адреналина громко застучало сердце. Дыхание участилось, и в голове мысли снова превратились в кашу.
