Я принялась ощупывать обшивку корабля в поисках любого отверстия или хотя бы выемки. Водила руками вверх и вниз, однако выше чем на метр дотянуться не могла. Никаких ключей или рычагов нащупать не удалось. Иных выпуклостей, кроме мелких крапинок, на металле обшивки не чувствовалось. Я промокла насквозь, меня сотрясала дрожь. Руки настолько онемели, что, даже если я найду люк, вряд ли смогу открыть его.
– В чем дело? – выглянул из темноты Мердок.
– Н-не открывается, – ответила я, пытаясь унять стук зубов. – Ничего не прощупывается.
– Черт побери! – выругался он.
Однако слова эти относились не только к моим безуспешным попыткам. Билл смотрел куда-то в сторону. Прожекторы осветили периметр здания, в котором мы просидели несколько часов, и бетонную дорогу. Раздались крики и звук моторов. Очевидно, солдаты обнаружили наше исчезновение.
Я подбежала к другому кораблю, однако споткнулась о мягкое покрытие под его основанием и упала. Билл последовал за мной, но проявил большую осторожность.
Вскочив на ноги, я принялась ощупывать обшивку второго корабля. На ощупь его материал походил скорее на камень, чем на металл. Поверхность казалась невероятно твердая, или мои пальцы окончательно онемели.
Недалеко от нас раздались звуки свистка, залаяли собаки. В панике я принялась стучать по обшивке кулаками, не заботясь о том, есть ли внутри инвиди или нет. Люди, которые считали нас виновными во взрыве бомбы и убийстве невинного ребенка, нам гораздо более чужие, чем эти пришельцы.
– Откройте нам! Пожалуйста!
Звук ударов о корпус корабля был достаточно громким. Однако я понимала, что таким образом внутрь нам не попасть. Отчаявшись, я прислонилась к корпусу немой машины и принялась беззвучно плакать от бессилия. Внезапно поверхность корабля заискрилась под моими руками, словно микроскопические светящиеся жучки запрыгали на его поверхности. В замешательстве я отпрянула назад.
– Что это? – спросил стоящий за моей спиной Мердок.
– Он задвигался, как будто…
Я и сама не понимала, что происходит. Прямо над нами медленно появилось круглое темное отверстие в полости корабля. Я дотянулась до него рукой и ощутила выпуклые края. Постепенно отверстие расширялось и уходило вглубь, однако под рукой чувствовалась лишь пустота. Я попыталась подтянуться на цыпочках еще выше, и в лицо ударил теплый воздух.
– Помоги забраться! – попросила я Мердока.
Встав на его плечи, я подтянулась к краям отверстия и забралась внутрь. Звук сирен слышался все ближе.
Сначала я не почувствовала ровным счетом ничего, словно все ощущения остались внизу, на взлетно-посадочной полосе. Я очутилась в небольшой кабине, напоминающей капсулу. Пол и стены корабля на ощупь оказались невероятно теплыми. Постепенно темнота сменилась мягким тусклым сиянием, источник которого определить не удалось. Казалось, свет источают сами поверхности стен, пола и потолка. Появилось ощущение, что я стою на сцене под струящимся светом прожекторов.
Вряд ли инвиди чувствовал себя комфортно в такой кабине: ширина и высота капсулы не превышала пяти метров. Мердок последовал вслед за мной. Подтянувшись на руках, он перекинул одну ногу, затем вторую и оказался в кабине.
– Хэлли, ты в порядке? – спросил он, оглянувшись по сторонам.
– Здесь никого нет.
Капли дождя звонко падали на внешнюю обшивку корабля.
Внутреннее строение корабля выглядело довольно странно. Никогда прежде таких «тарелок» я не видела. Единственное, что показалось мне знакомым, – доска с некоторыми приборами и линии тонких проводов вдоль стен. Все поверхности были из того же резинового пористого материала, что и основание под кораблем. Единственное отличие – температура: в кабине материал гораздо более теплый. Как же приятно чувствовать тепло после холодного ветра и дождя!
– Ты уверена, что сможешь заставить эту штуку подняться в воздух и вернуть нас домой?
Мердок скептически изучал внутренние стены кабины. С улицы, совсем близко, раздался чей-то крик.
– Проклятие! – выругалась я и повернулась к приборам.
Надо немедленно предпринимать дальнейшие действия. Аппаратура и пульт управления были необычной для космических кораблей формы, поэтому я принялась поочередно нажимать клавиши одну за другой в поисках прибора инициализации. Прежде всего надо вернуть корабль в исходное положение и закрыть люк. После третьей попытки светящаяся поверхность доски приборов стала ярче и слегка запульсировала. На стенах появились светящиеся значки и пятна. Краем уха я услышала едва заметный гул. В том месте, где еще секунду назад лежала моя рука, теперь светилось яркое пятно. Осторожно дотронувшись до него, я тут же отдернула руку от боли.
