– Добрый. С приездом. Как твои дела? – прокашлял тот в ответ.
– Идут. Подбросишь? Что-то нет настроения на метро…
– Куда нужно? – Давид оборвал его, не дослушав. Он не то обижался, не то сердился.
– В «Ле Шарли» на Сен-Мартан.
– Едешь отметить прибытие и не любишь подземку – парень, ты мне нравишься.
Таксист отправил окурок в урну, смахнул с капота опавшие листья и сел за руль. Высоченный и сухощавый, Давид был похож на согнувшийся старый клён во внутреннем дворе дома. Он повернул ключ зажигания и включил радио. Салон авто наполнила романтичная мелодия «Нежных слов» Кристофа. Минивэн тронулся и свернул в первый же свободный переулок. Для Давида не существовало пробок. Комбинируя одному ему известные объезды, он передвигался виртуозно быстро в любое время суток, каким бы ни был маршрут. Давид сделал звук тише и пустился в рассуждения:
– В метро нет Парижа. Его вечерних огней и весенних рассветов. Его редких снегопадов под Рождество и летних ливней. Я люблю Париж. Я люблю показывать его людям и не устаю от этого. Я люблю каждый его день. Может, потому, что начинаю понимать, все эти дни не бесконечны. Это ты пока ещё об этом не задумываешься.
– Понимаю.
Этьен старался поддержать разговор, хотя относился к Парижу иначе и предпочёл бы услышать «Нежные слова» в инструментальной версии. Мыслями он всё ещё был в Киото, удивительном уголке мира с красными клёнами и живописным небом, куда его пригласили погостить друзья.
– Моему сыну двадцать четыре, как тебе. Я привык считать, что в этом возрасте ещё не понимают жизненных ценностей.
– Дело, наверное, не в возрасте. У многих из нас есть место, к которому мы привязываемся. Это сложнее понять, если ты изначально в таком месте и никогда его не покидаешь. Но очень просто, если тебе приходится его поискать.
– Умеешь ты удивить, хоть и молод.
– А тот, кто умеет удивляться, по-настоящему любит жизнь. Так говорил мой отец.
– Красиво сказал и сына воспитал всем в пример. Вуаля, месье, «Ле Шарли», – Давид притормозил у входа в бар.
– Спасибо тебе, – Этьен полез за бумажником, протянул ему банкноту и покинул авто, прощаясь.
Ветер норовил сорвать капюшон куртки, косой дождь хлестал в лицо крупными каплями. Этьен поспешил войти в бар и задержался в дверях, ища взглядом яркий свитер Лео. Так быстрее. Сначала свитер, а уж потом его обладатель, бледный как смерть и растрёпанный как репейник. Странно, но Лео нигде не было видно.
«Хм, квест вроде завтра. Это что, пробный прогон или вообще шутка?»
Идею позвонить Лео отменил внезапный толчок. Этьен устоял и успел поймать в объятия девушку, буквально влетевшую в бар.
– Пардон, месье, я сожалею, что так…
Хрупкая незнакомка отступила и извинилась. У неё был низкий, слегка хрипловатый голос. В первые мгновения Этьен не поверил, что это говорит именно она. Не поверил, потому что её глаза не сочетались с таким тембром. Эти глаза подписали Этьену приговор, едва распахнулись перед ним – карие, с изящно вздёрнутыми уголками и драматичными ресницами.
– Примите и мои извинения. Я оказался у вас на пути.
Этьен не нашёл особых слов и улыбнулся незнакомке.
– Да, но я слишком… превысила скорость.
Маева старалась говорить уверенно, но голос дрогнул. Вот он: её сон наяву. Никаких сомнений. Она только что угодила в объятия к своей мечте и сморозила какую-то чушь. Всё. Это… Невероятно. То, как Этьен обнял её. Его взгляд, по-мальчишески озорной, по-вечернему синий. Этьен смотрел так, будто всю свою жизнь искал её, а теперь был несказанно рад. Такой стройный… Тёмные волосы слегка вились. Ему к лицу растрёпанная ветром, слегка отросшая стрижка. Сногсшибательную улыбку дополняли ямочки на щеках. Сногсшибательную. Именно. Дрожь и волнение зашумели в висках, земное притяжение пропало, в голове остался только туман. Маева спрятала руки в карманы. Пальцы дрожали. Нет, Этьен не должен был заметить, что ей неловко перед ним…
– Ничего страшного. Вы спешите?
Слова, что всплывали в голове Этьена – все до одного – казались ему глупыми и неуклюжими, какими-то недостойными этой девушки.
Маева лишь кивнула в ответ и попыталась улыбнуться. Вышло натянуто. В горле пересохло, голос и вовсе пропал. Часы на стене бара упрекали: опоздала на полчаса. Около барной стойки промелькнул полный стрел и кинжалов взгляд хозяйки бара. Что хуже, она уже направлялась прямиком к Маеве. Нет, их очередная перепалка с этой крысой не должна произойти на глазах у Этьена. Маева извинилась, и поспешила наперерез начальнице.
Голос Лео прозвучал позади и заставил Этьена обернуться. Взъерошенный обладатель огненно-красного свитера возник в дверях, а тем временем незнакомка пропала из вида, лавируя меж столиков бара. Вот бы окликнуть, но Этьен не знал имени.
– Салют. Тебе привет от Андре, – крепкое рукопожатие, Лео усмехнулся. – Шутка.
– Шути осторожно, Леон. Если так случится, мир перевернётся.
