Чёрт, настроение стремительно ухудшилось. Мне нужно посетить спальню жены. Хотя бы пару раз для начала. Потом можно игнорировать это мероприятие. Здесь нет общих спален. Муж чаще приходит к жене, известив её об этом. Реже её приводят в мужнину опочивальню. Только чернь ограничивается общей постелью.
Ну, что есть. Да и привык я спать один.
Несмотря на то, что я занимаю половину крыла третьего этажа, комнат не так много. Для моей жены выделили вторую часть этажа. И мне пришлось в ночной рубашке идти по холодному коридору, сопровождаемому взглядами охранников.
В комнате тепло, это я ещё заставляю постоянно проветривать перед сном. Всего одна свеча освещает кровать с балдахином. Там только угадывается очертания фигуры под одеялом. Так как я изрядно замёрз, то заторопился и нырнул под одеяло.
Жена сдвинулась на самый край кровати, будто в надежде, что я не доползу до края, устану. Для женщины, познавшей мужчину, она больно скромна. Мне надоела это тягомотина и я задув свечу, подтянул к себе тёплое тело. Внезапнее возбуждение напомнило, что у меня давненько нее было романтических встреч. Дорвавшись до желанного, я быстро вошёл в неё. Но мысли мои были далеко. Я вновь вспомнил Наташку, тогда ещё первокурсницу. Неожиданно сильный оргазм накрыл меня. Я как бы был здесь, но с другой женщиной, о которой мог только мечтать. А тут на минуту показалось, что рядом любимая.
На прощание буркнул что-то и направился к себе. В кровати долго не мог уснуть, вспоминая прошлую жизнь. Сон накатил внезапно и забрал мои переживания.
Эта зима 1650 года была необычайно снежная. Только центральные улицы успевали очищать, а вот боковые оставались погребены под снегом. Народ только протаптывал дорожки. Поэтому я не покидал пределы Кремля. В канун Рождества деловая жизнь столицы замирала, все готовились к праздникам. Мне не оставалось ничего другого, как работать с документами.
Итак, новый приказ. Ему в подчинение передаётся царская канцелярия и «дворцовый» приказ. Подчиняться будет только государю, боярская Дума здесь не котируется. Также он осуществляет надзор над «посольским» приказом. Штаты не маленькие, без внештатных осведомителей не обойтись. В целом мне нужно начать с подбора будущих руководителей служб. Кое-кого порекомендовал брат, да и у меня самого были на примете подходящие опытные люди.
Планируется руководитель — дьяк, два его заместителя и десятка полтора подьячих. Некоторых возьмём из Спасского монастыря, что за Иконным рядом. Они знают языки, включая латынь. Планируется из их числа набирать посольских для работы за границей.
Я уговорил брата брать пример с опричников царя Ивана. Тот брал к себе не только именитых. Главное условие — верность правителю. Ну и в данном случае мне. Так же я отдал указание искать среди неугодных, которых попёрли с других приказов. Зачастую это были принципиальные люди и их полезность была бы несомненна.
Из нескольких кандидатур мы выбрали дьяка Сыскного приказа Дементия Минича Башмакова. Он из древнего дворянского рода. Успел послужить, подьячим прошёл по нескольким приказам, включая «посольский» и «разбойный». При всём при этом ему всего 35 лет. Новая работа и перспективы Дементия Минича заинтересовали и я поручил ему подыскивать помещения и начать формировать штаты.
Когда он доложил, что есть подходящее строение на Лубянке, я прифигел. Вот откуда всё тянется, как оказалось-то. И кто я такой, чтобы это исправлять.
Для того, чтобы приказ заработал в минимальном объёме необходимо несколько лет. А навербовать штат осведомителей тоже не быстро. Алексей только морщится, когда я прихожу просить денег на развитие.
В сентябре 1653 года царица разродилась родами и родилась ещё одна девочка. Первую назвали Евдокией, а эту Марфой. Алексей, конечно, ждал сына, но ему ещё пару месяцев назад повитухи сказали ждать девочку.
