— Так ты просто бросаешь меня? Так, что ли? — взвизгнул Луис. Он ухватил Хьюго за рукав куртки.
— Да, — подтвердил альфа, выдернув руку из хватки беты. — Наконец-то, — выплюнул он, перед тем как выйти из аэропорта и из жизни Луиса Джанко.
Луис так и остался стоять неподвижно, прижав руку к груди и ощущая медленные удары своего сердца. С трудом он добрался до уборной аэропорта и заперся в одной из кабинок, бессильно опустился на стульчак. Люди заходили и выходили, шумели, переговаривались, а он все сидел и сидел. Его просто использовали, выуживали информацию и трахали в награду. И как только больше выжимать из Луиса стало нечего, Хьюго отвернулся от него. Бросил на растерзание Гурану и его дельтовцам. Очнувшись, Луис стал размышлять. Действительно, почему Хью должен был полюбить его — невзрачного бету? Давно можно было догадаться, что произойдет. Он закрыл глаза. Луис представил себе лицо Гурана, когда тот узнает о его предательстве, и все то, что последует за этим.
Медленно, словно лунатик, он встал, вышел из кабинки и навис над умывальником, рассматривая своё отражение в большом начищенном зеркале. Под глазами залегли тёмные синяки, а лицо, и без того некрасивое, приобрело какую-то желтизну. Луис представил, как он будет выглядеть, когда с ним поработают дельтовцы. Это Гуран, став лидером организации, ввел страшное наказание для предателей. Их не просто убивали, а медленно и мучительно, напоказ, в назидание остальным. У Луиса даже смотреть на подобное не хватало духу, не то, что представить себя на месте предателя. Гуран умел управлять жесткой и суровой рукой, не боялся рисковать и жертвовать даже самыми важными людьми, если подозревал их в чем-то. Его не просто боялись — уважали, ведь именно при нем Дельта поднялась с колен.
Теперь у Луиса один выход — быстрый и по возможности безболезненный. Он должен опередить дельтовцев, которые непременно придут за ним. Вот только что он может сделать в многолюдном аэропорту? Единственной мыслью было вернуться в кабинку и там вскрыть себе вены маникюрными ножницами — единственным острым прибором, который у беты был с собой. Он вернулся и запер на засов дверь. В почти бессознательном состоянии он отыскал в сумке со своими вещами нужные острые ножницы с чуть изогнутыми лезвиями. Не больно ли ему будет? Уж не так плохо, как если он попадется Гурану после всего, что натворил. Скрипнув зубами, он острым лезвием полоснул вдоль вен левой руки. Рана оказалась глубокой. Луис с трудом удержал крик боли. Ножницы выскользнули из рук и звонко стукнулись о кафельный пол. Мельком взглянув на кровь, стремительно пачкавшую его одежду, он закрыл глаза.
_____________________________________________________________________________________
========== 05. План Перехват ==========
======== Пятая глава ========
========== План Перехват ==========
Хьюго зашел в небольшое, но очень уютное кафе на первой линии у залива. Через панорамные стеклянные окна открывался отличный вид на лазурную воду и яхты. Погода стояла спокойной и солнечной, но на улице не было столиков — слишком холодно рассиживаться там в конце февраля. В будний день после обеда кафе почти пустовало, а работники скучали и сплетничали у стойки. За дальним угловым столиком сидели двое альф, очень похожих между собой. Хью направился прямиком к ним.
— Не прошло и года, — беззлобно буркнул Роберт Ронвуд. Это был высокий, прекрасно сложенный альфа двадцати восьми лет в кремовом пиджаке с кожаными вставками на локтях и жилетке на пару тонов темнее. Его черные волосы были аккуратно подстрижены, а подбородок и верхняя губа — чисто выбриты. Весь его образ был подчеркнуто опрятным и строгим. Чего нельзя сказать о его младшем брате Ричарде — небрит, волосы всклокочены, в зубах зажата сигарета. Он сидел, развалившись на весь диванчик, где обычно помещались двое человек, закинув ногу себе на колено. Одет он был в светлые потертые джинсы и белую рубашку с закатанными по локоть рукавами.
— От тебя за километр пахнет омегами. Опять забрел в какой-то бордель? — усмехнулся Хьюго, вдыхая запах Ричарда. За другом тянулась слава знатного кобеля, так что такое предположение могло быть вполне обоснованным.
— Зато от тебя никем не пахнет, Хью. Снюхался с бетами? — Рич приоткрыл глаза и растянул губы в довольной белозубой улыбке.