Когда Гуран немного остыл, то отошел от скорчившегося на полу Франса, который истекал кровью от свежих ран и мелко дрожал. Эта картина вызывала у главы Дельты отвращение, и он поморщился, вернулся к своему столу и закурил. Он решил ждать и посмотреть, как его агенты самостоятельно выкрутятся из сложной ситуации, но перестраховаться все же стоило. Докурив, он опять позвонил.
— Клим, ты знаешь Николаса Шеймта?
— Само собой.
— Его нужно убрать. Но чистенько, чтобы его деньги не улетели в трубу. Пусть он перепишет на меня свое состояние, — распорядился Гуран. Он увидел в открытую дверь, что в приемную вошел Кейт Литтл в сопровождении слуги-беты. Лидер лондонских макси удивленно огляделся по сторонам и, выгнув бровь, заглянул в кабинет Гурана.
— А он еще не переписал его на Макса? — удивился тем временем Клим в трубку.
— Надеюсь, нет, иначе смерть Николаса станет напрасной. И вот что, мне нужны его предсмертные и посмертные фотографии на случай, если он действительно завещал все на мальчишке. Так проще убедить Макса, что его деньги — это собственность Дельты, — приказал Гуран. Он махнул Литтлу, разрешая войти.
— Я понял. Мы выяснили, кто был тем альфой. Хьюго Гарсия.
— Паршиво. Тогда этот кретин уж точно все ему рассказал. Гарсия — профессионал. И если так, то не исключено, что и Ронвуды тоже замешаны. Ладно. Ищи мне семью Джанко, — спавшее раздражение стало снова нарастать в Гуране.
С Хьюго Гарсией его ребятам не совладать, а уж с Ричардом Ронвудом — тем более. Гуран признавал — ни один из его макси не смог бы переиграть младшего Ронвуда — этот щенок родился, чтобы стать агентом Теты, да еще и был превосходно натаскан. Но зато под шумок они избавятся от Николаса и свалят вину на кого угодно. Когда Макс вернется — если он вернется, разумеется — можно будет натравить его на Тету, обвинив их в жестоком и необоснованном убийстве отца.
— Я слышал, твой помощник отдал богу душу, — неторопливым мелодичным тоном проговорил Литтл. Он равнодушно покосился на Франса и уселся на стол Гурана. Он был одет с иголочки, а волосы заплел в тугую косу и перебросил через плечо. Как и большинство англичан Литтл не пользовался косметикой, считая себя и без нее совершенством.
— Самоубийцы не попадают в рай, Кейт, — отмахнулся Гуран. Он с интересом наблюдал за ним и его манерами. Зная, что не отличается особенной красотой, глава Дельты любил смотреть на тех, кто мог похвастаться ей: Макса, Дэвида, Чарльза, Литтла. Они пользовались внешностью умело и расчетливо. А сам Гуран полагался лишь на свой ум. — Пусть твой бета осмотрит стол и бумаги Джанко, вдруг найдет чего.
Литтл щелкнул пальцами, приказывая слуге подчиниться. Тот в миг сорвался с места и принялся за дело. Гуран не знал, как англичанин воспитывает своих людей, но те всегда были безмолвными, кроткими и покорными. Спустя пару минут бета приблизился к столу, глядя только в пол, и протянул на ладони слегка деформированный диктофон, измазанный клеем и с кусочками лака с одного края.
— Включи, — приказал Литтл.
«Меня, я надеюсь, вы все знаете, и представляться не нужно…» — послышался искаженный, но вполне узнаваемый голос Гурана из динамика.
Глава Дельты оживился и подался вперед, прислушиваясь к звукам. Значит, эта пленка не попала к Тете! И на ней было ужасное качество, куча важного зажевано и не слышно. Он вскочил с места и вышел в приемную, бросив Литтлу:
— Болтай что-нибудь!
Он закрыл дверь и уселся в красло Джанко, слушая, что происходит в его кабинете. Литтл говорил, но различить слова было довольно сложно, особенно, когда англичанин начинал перемещаться по комнате. Поганый бета не все расслышал! Тогда… Если Тета не знает всего, они могут не догадаться о истинной причине появления Дэвида и Макса. У гаммы вполне хватит ума не раскрыться и не позволить сделать это мальчишке Шеймту!
****
В вестибюль отеля «Лэнд Инт» вошли трое омег-американцев и приземистый белобрысый альфа со злыми глазами. На самом деле только Дэвид был американцем и то сомнительным — рожденным в Японии. Макс же являлся англичанином, а Чарльз — австралийцем. Они и по-английски болтали с разным выговором, что всех троих немало забавляло. За четырнадцать часов перелета парни успели подружиться, и хотя Чарльз как всегда держался холодно, антипатии к Максу он не проявлял и не испытывал. Они пробовали говорить без акцента или пародировать друг друга. Дэвид и Чарльз выпили в самолете, и это добавляло им хорошего настроения. Альфу они как будто не замечали. Он тащил все сумки и тяжелые инструменты Чарльза, но возражать не смел. Прежде чем разойтись по своим комнатам и отдохнуть после утомительного перелета, они собрались в номере Лойфа, который для него щедро снял Гуран, вместо того чтобы оставить ночевать на улице.