- Как у вас успехи с изучением себя, арре? - неожиданно переменил тему лорд Эреной, и я снова перевела на него взгляд: за последние шесть дней лорд-инкуб оправился от истощения практически полностью. Из его глаз почти исчез голодный блеск, кожа перестала отливать нездоровой бледностью, а на лице все чаще и чаще мелькали слабые отголоски эмоций. Возможно, это лишь потому, что, кроме меня, его в эти дни почти никто не видел. А может, тот памятный удар сковородкой что-то поменял в голове милорда, и теперь он не так сильно походил на бесчувственную ледышку.
Кстати, пальцы у него по-прежнему прохладные. И это - нехороший признак.
- Милорд, вы опять пили киринол? - нахмурилась я, не ответив на последний вопрос, и лорд-директор тут же поморщился. Нет, ну что такое, а? На Атолле достаточно высокий магический фон, и занятия в Школе милорд на время приостановил - ходи себе да восстанавливайся! Но вместо этого он по-прежнему пьет свою отраву, будто ему силы не нужны!
- Я знаю границы, арре, - сухо отозвался инкуб и, чуть прищурившись, осведомился: - Вы позволите?
Я хмуро кивнула, приподнимая лицо, чтобы ему было удобнее, и прикрыла глаза, чтобы не видеть, как он наклоняется. Не потому, что зрелище страшное. Просто вид склоняющегося для поцелуя мужчины, в зрачках которого стремительно разгорается предвкушение, на приоткрытых губах появляется влажный блеск, а хищно раздувающиеся ноздри трепещут, словно в ожидании запаха добычи… все еще слишком откровенен для меня. Я знаю, что это нужно нам обоим. Понимаю, что это просто способ питания. Помню про Рэна и уже который раз повторяю себе, что соглашаюсь лишь ради него. Но…
В последние дни лорд Эреной пил меня с удвоенной осторожностью. Сперва просто пробовал на вкус, касаясь губами совсем мимолетно. Потом отстранялся на мгновение, словно проверяя, не изменилось ли что-нибудь с прошлого раза. Затем приникал настойчивее, насыщаясь столько, сколько считает нужным. А под конец резко ослаблял напор и внимательно следил за мной краем глаза, будто подозревал, что я в любой момент могу грохнуться в обморок.
Когда лорд Эреной, наконец, оторвался, я поспешила открыть глаза и тут же об этом пожалела - зрачки инкуба диковато блестели, радужки почему-то выцвели, став не черными, а серыми, замутненный взгляд смотрел мимо меня. Всего один миг, после которого лорд-директор моргнул, и все стало, как прежде. Но я все же успела подметить неладное и снова нахмурилась.
- Милорд, вы играете с огнем.
Лорд Эреной ощутимо напрягся.
- В чем дело, арре? Вам плохо?
- Да при чем тут я? - с досадой отвернулась я. - Вы так легко уходите от неприятных тем, что я вынуждена повторить: милорд, вы употребляете слишком много киринола!
- Мы об этом уже говорили, - инкуб отступил в сторону и перешел на сухой официальный тон. - И я просил вас не вмешиваться.
- Но я могла бы подобрать другую дозу, чтобы вы восстанавливались быстрее!
- Благодарю. Мне это не нужно.
Я метнула за спину раздраженный взгляд: как же, не нужно! От одного прикосновения почти пьянеет, и все потому, что до сих пор голодает! Отдает силы Рэну, но восполняет их недостаточно! И это при том, что я сама… САМА… разрешила брать, сколько потребуется!
Как долго это будет продолжаться? Месяц? Два? А потом опять каникулы устроим? Или, может, заставим Рэна вернуться в картину на постоянное место жительства? В последнее время я вижу дракона почти каждый день, по часу, а то и по два-три. Лорд Эреной проявил неслыханную щедрость, позволяя нам так часто встречаться, но сколько на это уходит сил - один Творец знает: милорд ведь не признается. Но если бы он не пил столько киринола… если бы я знала формулу и имела возможность пересчитать дозу… Творец! Да что там говорить! Он бы не рисковал снова сорваться! Я бы не рисковала быть испитой до дна! Наконец, с Рэном мы могли бы видеться дольше!
А этому упрямцу, видите ли, ничего не надо! Только сделал первый шаг и снова остановился!
- Милорд…
- Всего доброго, арре, - сухо произнес инкуб и, развернувшись, направился прочь. А я тихо ругнулась, но, уже зная, что спорить бессмысленно, остро пожалела, что во второй раз застать его врасплох не получится.
Когда широкоплечая фигура скрылась между деревьями, настроение испортилось окончательно. Возиться с травками резко расхотелось, и даже златоголовик перестал казаться заманчивым трофеем. Ну, разве что настойку из него я бы сделала с особенным удовольствием. Даже жаль, что он еще не расцвел.
Какое-то время я, правда, пыталась вернуться к прерванному занятию, бессистемно перебирала травки, расстроенно листала справочник, пытаясь запомнить новые рецепты, но мысли упорно возвращались к инкубу и его треклятому упрямству, мешая сосредоточиться и заставляя продолжать про себя бесполезный спор.
