Самым простым вариантом будет рассказать всё всадницами. Прямо сегодня за завтраком, чего тянуть? Заявлю чего-нибудь вида «Возлюбленные мои сёстры! Страшную весть принёс я в наш общий дом! Среди нас есть гнусные предательницы, отвергшие заветы правсадниц и покусившиеся на мою жизнь, свободу и честь. Наверное, это моя наставница Хейли. Или Танира, хотя не могу исключать и Лотту. А может, Марта – уж больно она спокойна. Наверняка притворяется, а по ночам тырит с кухни печенье… эээ, то есть замышляет всякое. И уж точно у неё есть сообщницы в лице Мии, Ринаты, Аннет и тихони Мирры. Хотя, скорее всего, это сама Наррита. А ещё у вас тут прислужницы вообще охамели, ни во что вас ни ставят. В общем, я дал информацию, а вы тут как-нибудь разбирайтесь».
Для пущего эффекта можно ещё забраться на стол и воздеть руки кверху, призвав в свидетели какого-нибудь Присносущего Дракона. Не знаю уж, есть ли вообще такой. Какие мои доказательства? Так вот же: усы, лапы и хвост.
Шутки шутками, но с доказательствами у меня всё не очень.
Я подошёл к зеркалу, снял костюм и принялся себя рассматривать, но ничего не увидел. Если следы вчерашней драки и были, то целительский артефакт их полностью убрал. Никаких синяков ни на шее, ни на спине. Да и будь они, что с того? Иногда я их и на обычной тренировки получаю.
Кто напал? Служанки какие-то, узнать не смогу, они были в масках. По голосу? Вот честно, если бы не боевое зелье, вспомнил. А так извините. Почему на меня боевое зелье как-то криво подействовало и я «тут помню, тут не помню»? Так я же избранный, попаданец с Земли. Какой Земли? Ой, да не обращайте внимание, оговорился. Совсем подзабыл, что у меня амнезия.
Как всё случилось? Ну, мы с Кэтлин собирались заняться сексом, начитавшись развратных книжек про любовь. Но она оказалась весьма коварной особой и вместо себя предложила другую. Наверное, обиделась отсутствию цветов. Нет-нет, что вы, я не какой-нибудь там любитель гаремов, мне Хейли нравится.
Отвести всадниц в ткацкий домик и показать устроенный разгром? Уверен, за прошедшую ночь там навели полный порядок. И все повреждения напавшие залечили, бесполезно искать безносых и безглазых девиц.
По итогу – у меня лишь мои слова, в которых я сам до конца не уверен. Поверят мне всадницы, учитывая мою репутацию придумывателя разных историй и неприязнь? Очень сомневаюсь, часть воительниц точно сочтёт рассказанное выдумкой и попыткой выделиться. Типа, смотрите я какой важный, на меня уже покушения совершаются, а вас за десятки лет никто не тронул.
Наррита, скорее всего, отнесётся более серьёзно. Возможно, затеет расследование и кого-нибудь найдёт. Или не найдёт. Если бы я погиб – тогда да, всадница не посмотрела бы ни на давнюю дружбу с другими девушками, ни на их личные интересы. Но я жив и здоров, поэтому жестить Наррита не будет. Отработает все данные мной зацепки, никого не обнаружит и я стану мальчиком, кричавшим про волков.
Если же натолкнётся на что-то стоящее, то получится не сильно лучше. Во-первых, непонятно кто за всем этим стоит. Во-вторых, меня тогда точно прикончат, не разбираясь в средствах. Придётся действительно переезжать к ней в комнату и ограничивать контакты до минимума, пока не выловят всех шпионок.
Куда более правильно не поднимать шума вообще, а рассказать потихоньку одной Наррите. Кэтлин ведь не знает о не подействовавшем зелье. Подобная ситуация даст мне огромные преимущества: я о врагах знаю, а они уверены, что я ничего не подозреваю. Можно будет заметить любые вроде бы нелепости, на самом деле являющиеся частью плана по моему устранению. Недаром же умные спецслужбы шпионов не раскрывают, а подкидывают им дезинформацию. Придётся, правда, симулировать потерю памяти, но мне не впервой.
Определившись с ближайшими планами, я уже более уверенно вышел из комнаты и дошёл до Мирры. Раздумья заняли у меня минут десять, так что магичка добралась до своей комнаты.
– Доброе утро, Ром. Что-то случилось? – поинтересовалась всадница, открыв дверь. Девушка только-только пришла, не успев даже снять доспех.
– Да, случилось, – ответил я, раздумывая, как лучше будет сказать о потери памяти.
– Серьёзное? – резонно уточнила Мирра.
Я подтверждающее кивнул. Для подобного вторжения рано утром, да ещё после ночной смены, должна быть действительно серьёзная причина.
– Тогда заходи, – девушка пошире открыла дверь.
– Спасибо, – несколько растеряно сказал я, воспользовавшись предложением. Было от чего растеряться: меня впервые впустили в святая святых каждой всадницы – личные покои. Сами девушки друг к другу периодически захаживали, но даже они дожидались приглашения от хозяйки комнаты.
Меня, конечно же, никто к себе не приглашал, так что я понятия не имел, как живут другие. Впрочем, ко мне, кроме Хейли, тоже не приходили. Хотя у меня и смотреть было нечего – под себя я ничего не перестраивал, удовольствовавшись стандартной меблировкой. Какая разница, есть балдахин на кровати или нет? Сон от этого не изменится.
– Сейчас переоденусь и подойду, – предупредила Мирра, скрываясь в спальне.
