Все дороги мира полностью

– Никто не знает, – пожал плечами Амартэль. – Когда Эммеру сделали пригодной для жилья, она объявилась здесь. Взялась словно из ниоткуда, будто всегда здесь была. Я было решил, что без Пустоты с ее порталами не обошлось, но сколько за ней ни следил, ничего подобного не замечал. Ведет себя здесь как хозяйка, ходит где хочет, других словно и не замечает и не разговаривает. Хотели прогнать, но пожалели. Пусть живет, вреда от нее нет. Да и куда отсюда гнать-то? Кругом вода. Морианы называют ее Тирина, что на их языке, собственно, и значит: ниоткуда.

– Но ведь так не может быть! Она – человек, вряд ли у нее есть еще один антан. Она не могла жить тут прежде, когда остров был покрыт водой, и она не могла пройти за барьер после. Может, она и не с Трианом, раз до сих пор не привела его сюда, но, ты прав, она наверняка связана с Пустотой, это единственное объяснение! – горячился Ломенар.

– Я не нашел тому доказательств. И не увидел от нее за все время никакого зла. Не могу же я утопить ее лишь из-за подозрения. Да просто погляди на нее, она безобидна.

Ломенар и сам чувствовал к девушке необъяснимую симпатию, вопросы задавал скорее для того, чтобы выяснить о ней побольше, чем пытаясь всерьез ее обвинить.

– Ну, хорошо, – согласился он. – А что с ее руками? Раз уж она живет здесь, почему ты не вылечишь ее?

– Я пытался, но лечить нечего, – пожал плечами Амартэль. – Впервые вижу кого-то настолько здорового. Ее тело идеально, нет ни малейшего изъяна, потоки энергии перемещаются правильно. Если она и больна, то не телесно, а с тем, что у нее в голове творится, я ничего не могу сделать, тут амдары бессильны.

– Да, все это странно. – Ломенар помолчал и нехотя перевел тему, поняв, что про девушку большего не узнает: – Ты хотел рассказать, почему вновь не ушел в другие миры, особенно скрываясь от Триана.

– Расскажу в другой раз. Сейчас мне хочется послушать тебя. Как там Хельми, Филлистайн и остальные? Ты ведь единственный, кто про это знает. – Амартэль подался вперед, вцепившись в подлокотники кресла.

Ломенар вздохнул.

– Тебе не понравится то, что я скажу. Мама умерла больше десяти лет назад – тяжелая болезнь, даже Филлит оказалась бессильна. Рунар погиб от рук Измиера, его ты вряд ли знаешь, я тогда был лишь студентом Академии и не смог помешать. Этайн тоже мертв, но об этом долго рассказывать. Филлит я видел не так давно, она и помогла мне найти тебя. В последнее время ей приходится нелегко, но в целом она в порядке. Есть и хорошие новости: Триан больше не у власти. Сбежал, а скорее всего, даже мертв. Что еще лучше, все теперь знают про его связь с Пустотой, на его слова больше никто не купится. Ты можешь вернуться. Если скажешь, что бывший советник оклеветал тебя, вполне возможно, тебе поверят. В конце концов, ты умеешь убеждать.

– Я рад, что Триан больше не льет свою ложь в уши моему народу, но мне самому уже неважно, где жить. К Хельми я бы вернулся, но, выходит, опоздал. Это самая плохая новость, что ты мог принести. – Глаза Амартэля затуманились. – Я редко сожалею о содеянном. Мы совершаем ошибки для того, чтобы учиться на них, а не тратить время на пустые терзания. Случившееся на Оссианде мне довольно быстро удалось загнать в глубину сознания, помнить ровно настолько, чтобы постараться не повторить впредь, но не мучить себя, перебирая в мыслях подробности каждую ночь. С воспоминаниями о твоей матери так не выходит. А теперь появилось еще больше поводов жалеть, что я не мог остаться. Что до возвращения в Риадвин… зачем это мне? Кем я там буду? Правителем клана, которого больше здесь нет? Просто одним из амдаров где-то на окраине? Мне ведь даже в Алмазный Совет не попасть. Здесь же я, по сути, второе лицо после правителя. Я пришел сюда гостем, но с годами моя репутация и желание проявить себя позволили мне добиться большего. Так для чего же мне покидать Эммеру? Конечно, в Риадвин осталось несколько моих друзей, но среди морианов они тоже есть. Куда важнее другое. Ты сказал, что Алая Сфера утрачена. Если она не у Триана, то у кого?

– Забудь про нее, Амартэль, она больше не в нашем мире.

– Уверен, что возможности ее вернуть нет? Тогда необходимо создать новую. Теперь это уже сложнее, чем тогда, а скоро может и вовсе оказаться поздно.

– Ты только что говорил, что не хочешь повторения истории с Оссиандой.

– Больше никто не станет мне мешать, и устраивать новое бедствие не придется. К тому же повторить подобную катастрофу и при желании не очень легко, для этого нужно много помощников.

– Послушай, если ты и вправду любил мою мать, ты меня поймешь. Возможно, тебе в Риадвин делать и нечего, но туда хочу вернуться я. Там живет амдари, которая мне очень дорога. Я хочу прийти туда не чужаком-полукровкой, хочу называться своим настоящим именем и не стыдиться его. Будь ты и впрямь преступником, я бы с этим смирился, но, если твоя дурная репутация – плод клеветы, я хочу, чтобы ты объяснил это остальным. – Полуэльф не знал, как еще убедить этого амдара с лицом Ломенара из будущего, со странными нездешними глазами.