Мы еще оставались в опасности: подземные толчки возникали все чаще, земля вокруг то поднималась крутыми холмами, то оседала в глубокие рвы. Невозможно было поверить, что совсем недавно здесь был ровный зеленый луг. По-прежнему искажая перед собой пространство одной рукой, незнакомец протянул другую в противоположную сторону. Только теперь на его лице проявилось напряжение, на лбу проступили капельки пота. Весь мир будто был для него лишь рисунком на листе бумаги, и сейчас он безжалостно смял этот лист, потянул на себя. Горы, до которых пешком пришлось бы идти не одну долю, оказались совсем рядом, нависли над нами; лес, едва видневшийся в дымке на горизонте, приблизился рывком. «Не отставай», – небрежно бросил чужак, направившись в ту сторону.
Я шагнул следом, в глазах поплыло, искаженные части пейзажа наслаивались друг на друга, цвета смешивались. Закружилась голова, я споткнулся и едва устоял, но отставать было нельзя. Прикрыв глаза рукой, я шел следом, давно считая происходящее лишь причудливым кошмарным сном. В сотню-другую шагов я оказался у леса, там тоже все небо заволокло дымом, но, по крайней мере, земля под ногами была твердой. Пространство за спиной вернуло свой прежний вид, и когда я обернулся, то увидел, что огромный кусок материка откололся и, продолжая разваливаться, тонет в океанских водах. Оказывается, я даже не заметил этот разлом, пока шел следом за чужаком. С ним мы там и расстались, и больше я никогда его не видел и даже не слышал о нем. Успел лишь узнать его имя, он представился как Этрел Эль-Меар.
– Я многое успел повидать, хоть живу куда меньше тебя, – перебил Ломенар. – Многие мои истории тоже показались бы выдумкой, так что я не сторонник с ходу называть лжецом того, кто рассказывает о невероятном. Но если некто вроде этого Этрела бродит по нашему миру, о нем должны были слышать.
– Возможно, он нашел способ вернуться к себе, откуда бы он ни был. Или по какой-то причине предпочитает скрываться. Я понятия не имею, что с ним стало, и рассказал лишь о том, что видел собственными глазами, верить или нет – дело твое.
– Ладно. И что было дальше?
– От Оссианды до дома я добирался пару декан. Оказалось, Триан убедил всех, что я отступник и убийца. Будто я создал Сферу как оружие и, испытывая ее, уничтожил кусок материка и собственный клан. Советник сделал вид, будто сам вернулся лишь декану назад, и рассказал всем, что безуспешно пытался образумить и остановить меня. Как я мог доказать обратное? Часть Оссианды в самом деле погибла, именно в то время, когда я находился там, а мой клан исчез, и я сам до сих пор не знаю, что с ним стало. Впрочем, часть вины лежит на мне: не создай я Сферу, ничего бы этого не случилось.
Я искал исчезнувших
Понятия не имею, как Триан все узнает, не иначе, сама Пустота шепчет ему в уши. Его воины нашли меня вновь. К счастью, теперь они приходили по одному, и дважды мне удалось отбиться, но долго так продолжаться не могло. Я искал, куда спрятать Сферу, странствовал по самым отдаленным уголкам Виэлии. Ты спросишь, почему я не ушел вновь в другие миры, на то была причина, но о ней – позже. Сперва я старался придерживаться необитаемых мест, чтобы меня точно никто не мог найти и выдать, но потом дорога вывела меня к людским землям. К тому времени я уже несколько лет избегал любого общения, и одиночество переполняло меня. Мне было без разницы, как меня встретят, лишь бы хоть с кем-то поговорить. И все же я старался быть осторожным: менял внешность, проводил в городе день, а на следующий шел дальше. Так я добрался до столицы Арденны. Виарен заинтересовал меня: одного дня было явно недостаточно, чтобы узнать его получше, и я возвращался туда раз за разом. В одно из таких посещений я услышал о Треугольнике, тройке самых могущественных магов Арденны. Их уважали, о них отзывались как о мудрых людях, я решил, что если у людей и можно найти понимание, то именно у таких.
