– Чтобы мне не мешали в моих поисках, я ушел на Оссианду, – продолжил рассказ Амартэль. – Незадолго до этого к власти пришел Эриенн. Я как мог противился этому, но не преуспел. Сам по себе он, может, амдар и неплохой, вот только по сути страной стал править его советник Триан, король во всем полагался на его мнение. Собственный клан мне все же удалось убедить в том, что подчиняться такому правителю не стоит, и я увел их всех за собой. Там я и создал Сферу. Тогда же узнал про способности Триана. Он и его приспешники пришли за мной – просто шагнули на остров прямо из воздуха. Я не знаю, откуда они узнали про Сферу, но явились они именно за ней. Если кто и видел в ней в первую очередь оружие, так это Триан. Он и его сторонники владели Пустотой, и, ты и сам уже, видно, убедился, это страшная сила. Но их была всего горстка, а со мной были не только амдары, но и другие эорини: морианы, тейнары, фейры, и еще Сфера. Расклад не в пользу Триана, но, опасаясь, что Пустота – слишком серьезный противник, мы атаковали нападавших всей мощью и перестарались. Обрушенные на врага стихии вышли из под контроля, начался настоящий кошмар. Океан захлестывал сушу, подземные воды раскалывали материк изнутри, на горизонте пробудились вулканы. Пустота поглощала стихии, но враг мог впустить в мир лишь крошечную ее часть, скоро она должна была захлебнуться. Я разрешил своим воинам использовать жезлы[38]. Даже под защитой Пустоты Триан со своими сторонниками не продержался бы долго, но они использовали порталы, уходили, набирались сил и спустя секану-другую возвращались вновь. И каждый раз мы не знали, откуда их ждать. Мои воины несли потери, а нам все не удавалось зацепить их. Наконец, выбившись из сил, они просто ушли, шагнули в портал в очередной раз и не вернулись. К тому времени было уже поздно, угомонить стихию не удавалось. Земля плясала под ногами, покрываясь трещинами, рассыпаясь на части. Бежать было некуда. Тогда я вновь использовал Сферу, но теперь не для управления стихиями, а чтобы вновь связать этот мир с другими. Лишь тогда я осознал, что весь свет, который я когда-либо видел и ощущал, бился в замкнутом пространстве, не мог покинуть наш мир, а теперь он протянулся куда-то вдаль, в бесконечность. Двинувшись вдоль него, я мог уйти в неизведанные миры. Но сперва стоило убедиться, что все остальные успеют спастись. Я полагал, что, как только покину наш мир, он снова станет отделенным, и позже оказалось, что я был прав.
Лишь дождавшись, когда уйдут все, кого я видел, я двинулся по лучу света прочь. Мир подернулся дымкой, начал таять, сквозь его очертания стал проступать другой пейзаж. И тут я на что-то наткнулся. Оно взялось буквально из ниоткуда, огромное, бесформенное, точнее, будто всех форм одновременно, нечто невозможное, непостижимое. Я видел его лишь миг, но и этого хватило, чтобы едва не лишиться рассудка, а затем меня отбросило назад, и я вновь полностью оказался в нашем мире. Начал подниматься, но землю тряхнуло, и я рухнул вновь. Рядом со мной лежал, как мне тогда показалось, незнакомый амдар. «Ничего себе, – произнес он, оглядевшись. – Что случилось? Ты фейров разозлил или вообще…» Последних слов я не услышал из-за грохота, но и без них было ясно, что незнакомец не из моего клана и не служит Триану, иначе он знал бы, что происходит.
Я с ужасом глядел, как за его спиной в земле раскрывается широкая трещина, выплевывая вверх залп пламени, выбрасывая раскаленные камни. Вслед за огнем из недр выплеснулась оранжевая кровь земли, кипящая магма, потекла, разливаясь по сторонам. Но прежде, чем до нас добралась смертоносная река и накрыл убийственный град, моего лица коснулся исходящий из трещины невыносимый жар. Его долго не выдержал бы даже амдар, я прикрыл лицо рукой, но успел заметить, как незнакомец, повернувшись в сторону трещины, тоже выставил руку вперед.
Жар тут же исчез. Лава обтекала нас по сторонам, камни, не долетев считаных шагов, отскакивали прочь. Я с изумлением осознал, что стихию сдерживал незнакомец: сам воздух перед ним становился видимым, закручивался волной. Весь бушевавший по ту сторону кошмар не мог преодолеть этой границы, я чувствовал, что даже свет меняет свой путь, проходя через нее. Часть пространства свернулась, кусок мира вывернулся наизнанку – вот чем это было. Тут я разглядел чужака получше и понял, что он вовсе не амдар, хоть и похож на первый взгляд. Он не принадлежал ни к одному известному мне народу, да и вообще нашему миру, но даже это не объясняло его силу. Это не человеческая магия – по крайней мере, за всю свою жизнь я с такой не сталкивался, и никто из эорини также не был на это способен, да и сила Пустоты не давала такой власти. Я допускал, что обитатели других миров могли быть могущественней наших, но, какой бы силой они ни обладали, тот, кто искажал пространство подобным образом, должен был в первую очередь уничтожить себя самого. Так влиять на окружающую материю могла бы разве что Создательница Рэйна.
