Алисса разделила оставшиеся бумаги, оставив некоторые себе с Кордом.
– Продолжаем копать, – сказала она мрачно. – Надо найти Калли и вернуть ее домой. Остаемся на связи; как будут новости – сообщайте немедленно.
Бишоп, все еще возмущенный вчерашним происшествием, спускался по лестнице с миской овсянки в одной руке и судном в другой. Он рассердился настолько, что после того, как отволок Калли в кровать, уехал из дома, чтобы не слышать ее бесконечных криков. Он надеялся, если она поголодает, то немного притихнет. Кажется, она грозила стать новым гигантским разочарованием.
– Пожалуйста! Скажите, почему вы делаете это со мной?
– Потому что могу, – холодно ответил он, расставляя что-то на переносном столике, после чего молча осмотрел ее стопы. Когда Калли дернулась, он запустил ногти глубоко в кожу на ее лодыжке, отчего она громко закричала.
– Кажется, ты не очень-то благодарна за то, что я тебя кормлю и ухаживаю за тобой, – сказал он, подсовывая под нее небольшое пластмассовое судно. Это всегда внушало ему отвращение, но приходилось мириться. – Воспользуйся этим. Если снова напачкаешь, последствия тебе не понравятся.
Он обрадовался, когда она наконец помочилась, после чего осторожно убрал судно и прошел за угол в ванную, которую оборудовал сам, чтобы вымыть руки. Вернувшись, поставил стул к кровати и присел.
– Я тут подумал, что ты, наверное, хочешь, чтобы я дал тебе второй шанс. Кажется, ты уже поняла, что отпускать тебя я не собираюсь и от тебя зависит, сколько ты будешь страдать.
Он проследил за ее взглядом до витрины на стене.
– Хочешь поговорить о моих сувенирах? Ну что же, давай. – Снова сняв витрину со стены, показал на одну фотографию. – Это была Мэри. – Коснулся пряди волос. – Вот ее волосы. Я сразу понял, что Мэри не та, поэтому она протянула всего день… – А это, – он ткнул в другой снимок, – была Элис. Вот ее ожерелье. – Он поглядел на Калли. – Она говорила, что отдаст и его, и все, что у нее есть, если я ее отпущу. Ну, я так и сделал – перерезал ей горло и выкинул в реку. А себе оставил ожерелье и волосы.
Бишоп рассмеялся при виде слез, покатившихся у Калли из глаз, но когда она прикрыла веки, дернул ее за подбородок.
– Смотри! – приказал он. – Это, – постучал по стеклу, – Дебби… хотя нет, Дениз. Она пыталась оцарапать меня вот этими самыми ноготками, поэтому я отрезал ей руку, прежде чем ее убить. Я даже позволил ей выбрать, какую именно.
Он перешел к новой пряди волос – на этот раз перевязанной голубой шелковой ленточкой.
– Сандра… С ней было так скучно! Сам не знаю, с чего я решил, что она та самая.
Бишоп сделал паузу, прежде чем перейти к последнему отделению. Открыл дверцу на задней панели витрины, достал оттуда флакон с глазом и поднес его прямо к лицу Калли. Она зажмурилась, но он приказал ей открыть глаза.
– Познакомься с Рондой. – Он вздохнул, вспоминая ее. – Поначалу я поверил, что она та самая. Она делала все, что я ей говорил. Ей понадобился всего день, чтобы перестать плакать и умолять. – Его глаза потемнели. – Я собирался ее наградить, но когда снял с нее наручники, она набросилась на меня и попыталась сбежать. Я вырезал ей глаз, потому что она смотрела на меня с презрением.
Он понаблюдал за реакцией Калли.
И едва успел отстраниться, прежде чем ее снова вырвало.
Эван Бишоп в гневе обрушил кулаки на тело Калли, избивая ее тем сильней, чем громче она кричала. И как ему могло прийти в голову, что она –
Мимолетное воспоминание – два маленьких мальчика, съежившиеся в углу, – мелькнуло и пропало, заставив его кулак зависнуть в воздухе. Бишоп поглядел на женщину, которую держал в подвале.
– Я думал, ты другая, – прошипел он. – Но ты не лучше остальных. Мелкая грязная лгунья…
Голос в голове был таким громким, что он повернул голову, чтобы проверить, кто это сказал. Голос раздался опять. «
Избитая, измученная, Калли даже не задумалась о том, что заставило ее мучителя внезапно удалиться. Она поглядела, как он взбегает по ступеням, перепрыгивая через одну, и как захлопывается за ним дверь. Мысль о побеге едва промелькнула у нее на краю сознания. Даже представься ей такая возможность, она и голову с трудом могла поднять, и была уверена, что он сломал ей несколько ребер. При каждом вздохе все тело пронизывала нестерпимая боль.
Калли слышала, как он расхаживает взад-вперед у нее над головой; его шаги грохотали, подобно выстрелам. «Никчемная!» – кричал он, молотя ее кулаками, и она, стыдясь себя, молила о том, чтобы умереть прямо сейчас, в эту минуту. Она так устала бояться того, что произойдет дальше, а потом открывать, что реальность куда хуже всех ее фантазий… Каждый раз, когда распахивалась дверь и появлялось чудовище, она подвергалась новым пыткам. А когда мучитель показал ей свои сувениры…
