Он подошел и заговорил с ней, а потом впал в ярость, когда она его проигнорировала, как будто вежливость была для нее пустым звуком. Не задумываясь, он схватил ее, ткнув пальцем в бок, как пистолетом, и потащил за собой. Она с трудом вдохнула и открыла рот, чтобы закричать, а он стиснул ее сильнее и прошептал: «Один звук, и я расстреляю тебя прямо тут, на тротуаре!»
Он сам не знал, что с ним происходит; понимал только, что надо преподать ей урок за то, что вела себя так, будто его не существует. Но когда они оказались возле его машины, он заколебался. Он не мог просто затолкать ее на заднее сиденье, и у него не было веревки, чтобы ее связать. К тому же это выглядело бы подозрительно. Колебания дорого ему обошлись, потому что она начала кричать и отбиваться и даже поцарапала ему щеку.
Испуганный, застигнутый врасплох, он ударил ее так, что она осела на землю и ее голова громко стукнулась об асфальт. Он бросил ее там и помчался прочь, с колотящимся сердцем, и ехал до самого Тихераса в Нью-Мексико, где ему пришлось остановиться, чтобы заправить машину и купить еды. Что-то в этой деревушке ему понравилось, и он, немного осмотревшись, понял, что его бегство окончено.
Прошло несколько недель, и он перестал беспокоиться о той девушке и о том, что его поймают.
Он нашел себе работу в магазине кормов для скота в каньоне, и на свою зарплату, вместе с деньгами, доставшимися ему от человека, который его вырастил, купил себе участок и построил дом.
Вскоре после переезда он встретился со своей второй жертвой. Она привлекла его внимание так же неожиданно, как первая, но на этот раз он тщательно спланировал нападение. По вторникам в магазине обычно было пусто, и он сам предложил оставаться до конца и запирать замки. И вот, перед самым закрытием, она вошла в двери.
Она не поняла, что ударило ее по голове.
Каждую ночь он спускался в подвал и рассказывал ей, как идет расследование, наблюдая за ужасом в ее глазах. Он наслаждался своей властью – тем более что тайна ее исчезновения так и осталась нераскрытой – во многом благодаря тому, что в деревушке Тихерас с ее немногочисленным населением не было камер наблюдения. А магазин кормов был небольшим семейным предприятием, существовавшим уже шесть десятков лет, и никто там не видел необходимости шпионить за служащими и покупателями. Поэтому достаточно было заявить, что она не приходила в тот вечер, и полиция сняла с него подозрения и решила, что с ней случилось что-то по пути.
