Чезаре крепко держал его, не давая соскальзывать или подпрыгивать на ухабах. Шкура казалась Эдмунду неимоверно теплой и такой же тяжелой. Тепло окончательно разморило омегу, стало казаться, будто карета вовсе не подпрыгивает, а слегка покачивается, будто убаюкивая, и Эдмунд все-таки уснул.
Альфа легко держал его на руках, омега казался ему легким как ребенок и таким же беззащитным. Несмотря на угрозу омеги Чезаре его совершенно не опасался. Он понимал, что это сделано скорее от отчаяния и безысходности, а не от ненависти. Если бы Эдмунд его ненавидел, то легко согласился бы с убийством. Так поступил бы любой нормальный человек, в котором кипит ярость. А поскольку омега не согласился, то оставалось всего два варианта: либо ярость омеги холодна, что гораздо страшнее, либо синеглазка не питает к нему ненависти.
Конечно, Чезаре понимал, что парень может что-нибудь выкинуть. Но он это переживет. От Эдмунда не приходится ждать подлости, в этом мужчина уверен. А все остальное он вытерпит. Пересоленная еда? Испорченная одежда? Грубость? Неуважение? Неповиновение? Чезаре просто запасется терпением, пускай его немного, но цель так желанна, что можно и потерпеть, слишком многое поставлено на карту. По крайней мере альфа искренне надеялся, что не случится ничего из рода вон выходящего.
Эдмунд открыл глаза, поняв, что его куда-то несут. Вокруг неторопливо проплывали стены, комнаты. Кто-то шел впереди, освещая подсвечником дорогу, а сзади было совершенно темно. Вот они поднялись по лестнице, свернули налево. Бета впереди открыл перед Чезаре дверь, и мужчина вошел в комнату с Эдмундом на руках. Слуга поставил подсвечник на подоконник и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.
- Поставь меня, - ровно произнес Эдмунд, взглянув в глаза альфе. Не хотелось препираться на глазах у незнакомого человека. По крайней мере сейчас.
Чезаре вздохнул, но поставил мужа на пол, ничего не сказав. Эдмунд отдал ему шкуру и стал осматривать комнату.
Довольно просторная, она была отделана панелями из какого-то дерева темного цвета. Камин, отделанный шершавым темным камнем. Паркет был темно-коричневым, потолок светлый. Большая деревянная кровать на столбиках с пологом насыщенного изумрудного цвета, тяжелые шторы в тон. Помимо этого в комнате находился большой шкаф, письменный стол, заваленный бумагами. Странный колченогий стул у камина, несколько обычных, с виду удобных стульев с изумрудной в темно-коричневую полоску обивкой, небольшая тумбочка у кровати.
Чезаре растопил камин, хотя в комнате и так было не холодно, отблески огня тут же радостно заплясали на деревянных панелях. Альфа снял плащ и теперь терпеливо ждал, когда муж оторвется от созерцания спальни.
- А где моя комната? - наконец спросил омега. Интерьер явно свидетельствовал о том, что эта спальня принадлежит Чезаре.
Альфа указал на другую дверь, ведущую в смежную комнату, Эдмунд открыл ее.
Перед его взором предстала совсем другая комната. Здесь было большое зеркало в человеческий рост в красивой витиеватой оправе, письменный стол, стоящий у огромного окна с золотистыми полупрозрачными шторами. Стены, выкрашенные в бежевый цвет, светлый паркет, белый потолок с лепниной, с которого спускалась изящная люстра. Несколько таких же подсвечников. Два больших шкафа, трюмо, небольшой диванчик с цветной яркой обивкой, пуфик. Ковер покрывал добрую половину пола. Только одного важного предмета здесь не было - кровати. Эдмунд уставился с немым вопросом на альфу, затем до него стало доходить.
- Я не буду спать с тобой в одной кровати, - категорически заявил омега. - Даже не надейся.
- Вообще-то для супругов это нормально, - флегматично пожал плечами альфа.
- Мы не подходим под понятие нормальности. Я требую, чтобы у меня была своя комната, не сообщающаяся с твоей.
- В чем проблема? - приподнял брови альфа, облокотившись на косяк двери. Так он загораживал собой весь дверной проем, что сильно не понравилось Эдмунду. Он был слишком взвинчен и измотан одновременно, чтобы пытаться как-то успокоиться. - Я пообещал тебе, что не будет никакой угрозы твоей безопасности. И слово я сдержу, не бойся.
- Я тебя не боюсь, хватит это повторять, - сквозь зубы процедил омега, понимая, что в чем-то Чезаре прав. - Ты такой же заложник ситуации как и я. Я просто не собираюсь делить с тобой постель ни в одном из смыслов этого слова.
- Предлагаю обсудить это завтра, - миролюбиво сказал альфа, подходя к Эдмунду. Тот заставил себя остаться на месте. - Мы оба слишком устали, чтобы прийти к решению. В любом случае эту ночь тебе придется провести здесь. Другие комнаты не готовы.
- Не может быть? Неужели нет ни одной комнаты, в которой можно было бы переночевать? - усмехнулся Эдмунд, обходя Чезаре.
- Я въехал сюда всего три месяца назад. Мне не нужно было много комнат, потому я обставил самые необходимые.
- Другие пусты? - Эдмунд прошел в спальню и снял плащ. Он так устал, что едва держался на ногах.
- Нет. Просто мебель в чехлах. Там довольно пыльно и холодно. Я не знаю, что за мебель там стоит. Только бегло осмотрел, когда купил дом.
