Остаток дня Эдмунд старался не показываться мужу на глаза. Он действительно позволил ему слишком многое, и теперь альфа потребует большего. А омега не собирался сдаваться. Он совершенно точно решил почти два месяца назад, что выдержит весь срок, не поддастся на уговоры и подарки, не дрогнет перед угрозами и в конечном итоге со всем покончит раз и навсегда. И Эдмунд не хотел отступать. Иначе чего же он стоит тогда?
На следующий день Эдмунд оделся потеплее, предупредил Айви и отправился на чердак. Там остались напольные часы, малахитовые статуэтки и портрет потрясающе красивого омеги, так похожего на него самого.
Эдмунд долго стоял перед ним, рассматривая каждую черточку. Он пытался найти хоть что-то знакомое, представить, как этот омега подходит сзади, начинает перебирать его волосы и напевать простенькую песенку. Эдмунд откупорил флакончик с духами и глубоко вдохнул тяжелый аромат.
Та дам та дам, та да да дам.
Эдмунд невольно вздрогнул. Голос Марка отчетливо прозвучал в голове. Эдмунд тряхнул головой и ушел с чердака.
Но возвращался туда каждый день в течение недели. Не мог не возвращаться. Марк или не Марк? Просто кто-то бесконечно на него похожий? Но возможно ли это? А возможно ли, что он жил здесь много лет назад? С кем он жил?
Вещи в сундуках… Один сундук без сомнения принадлежал человеку с портрета. Все блестящее и вычурное. Но были и простые наряды. Такие любил Эдмунд.
Столько вопросов. Омега не знал, кому их задать, но они не давали ему покоя. Спустя столько лет все чувства, которые, казалось, отмерли уже, вновь всколыхнулись. Захотелось хоть немного прикоснуться к части себя. К человеку, который его родил, а затем бросил без сожалений.
Прошлое во многом определяет будущее. А Эдмунд не знал одной очень важной его части.
Чезаре с неудовольствием отметил, что за прошедшую неделю Эдмунд стал скрытен и задумчив. Он постоянно был где-то “в себе”. Неохотно, иногда грубовато отвечал. Было такое ощущение, что после нескольких дней перемирия омега решил наверстать упущенное. Чезаре все силился понять, что вызвало такую перемену.
Почему муж вновь так стремится отдалиться от него? Что и кому пытается доказать?
Чезаре не считал это естественной реакцией. Он не видел в глазах мужа страха или ненависти, которые могли бы стать причиной такого поведения. Не было и равнодушия. Если бы омега был равнодушен, он никогда бы не стал лечить спину альфы, которая уже почти зажила, не остался бы с ним, когда мужчина не помнил себя от ужаса и уж точно не позволил бы сидеть в своей комнате и читать книгу.
Альфа допускал мысль, что после изнасилования Эдмунду могут быть неприятны его прикосновения, даже противны. Могут пугать. Поэтому Чезаре действовал так осторожно, как только умел, стараясь не спугнуть мужа, тщательно следя за его реакцией. Но отторжения не было.
Эдмунд не шарахался от него по углам в прямом смысле слова, потихоньку расслаблялся, если долго быть с ним рядом. Было такое ощущение, что муж пытается себя тщательно контролировать, держать в жестких рамках.
Но иногда это давало сбой, как тогда, во дворце. Синеглазка действительно тогда очень устал, не смог держать себя в постоянном напряжении. А сейчас делал это снова!
Что произошло? Чезаре тщетно пытался это понять. И Эдмунд вновь стал пропадать куда-то на несколько часов в день. Только спустя несколько дней мужчина узнал, куда уходит его муж. Он сам видел, как омега долго-долго стоит у старого портрета на чердаке. В это время его лицо ничего не выражало, он будто был где-то далеко, в своих мыслях и воспоминаниях.
Кто был изображен на портрете? Почему синеглазка так вцепился в него?
Потом мужчина рассмотрел портрет в отсутствие Эдмунда. С холста на него смотрел очень красивый омега, между ним и мужем прослеживалось явное сходство. Но глаза были совсем разными, хоть и имели один цвет. Эдмунд никогда не смотрел так.
Кто этот омега?
- Почему ты столько времени проводишь здесь? - спросил Чезаре, неслышно вырастая у мужа за спиной. Ладони накрыли плечи, и омега повел ими, словно прося убрать руки. Он был раздосадован, что альфа увидел его на чердаке перед портретом. - Кто этот омега?
- Я не знаю, - равнодушно пожал плечами Эдмунд, поворачиваясь к мужу лицом.
- Почему мне кажется, что ты мне лжешь? - иронично осведомился мужчина.
- Потому что ты никому не веришь? - в тон ему ответил Эдмунд.
- Не совсем. Просто мой круг доверия очень узок.
- Мой тоже.
- Значит, ты мне ничего не скажешь?
- Мне нечего говорить, - снова пожал плечами омега.
Вдруг Чезаре перехватил его попрек талии и закинул на плечо. Эдмунд вскрикнул от неожиданности, начал брыкаться. Сердце ушло в пятки. Чезаре не обращал никакого внимания на попытки мужа освободиться, спокойно спускался вниз.
- Пусти меня немедленно! - в который раз потребовал омега, сильно ударив мужчину чуть выше лопаток. И тут же заработал увесистый шлепок по ягодицам. - Что ты творишь?!
