Он чувствовал глухое раздражение. Мужчина снова остался один. Эдмунд был целиком поглощен своей семьей. Альфа пытался задушить в себе эту глупую ревность, но ничего не получалось. Он не мог признаться даже себе, что просто до икоты боится, что Эдмунд вообще про него забудет.
И тогда… Тогда поднимется все то, что так не хочется вспоминать. Вернутся кошмары, бессмысленность собственного существования, одиночество и непроходимая тоска. Лучше сразу удавиться.
- Я на это и не надеялся, - хмыкнул Эдмунд. - Просто очень боюсь… Ник. У него такой срок, что путешествовать вообще опасно. Особенно в таких условиях.
- Все с ним будет в порядке. С ним и с его ребенком, - пробормотал Чезаре.
- Это все равно очень опасно. Надо было мне к нему поехать, а не ему ко мне, - тихо сказал Эдмунд.
- Прекрасно. В следующий раз так и сделаешь, - бесцветно ответил Чезаре.
- Дядя Эдмунд! - раздался детский возглас откуда-то с лестницы. Эдмунд обернулся на звук.
- Не смею тебя задерживать, - произнес мужчина и поспешил скрыться с глаз мужа. Он поднялся в спальню и принялся перебирать бумаги, пытаясь отвлечься. Но он все равно слышал голоса, смех, визг и редкое порыкивание Ма Шера.
- Вы себе не представляете, как я рад, что вы все здесь, - сказал Эдмунд, сидя в облюбованной всеми гостиной и держа на руках двойняшек Эйдана.
- Мы и сами рады , - улыбнулся виконт Харгроув. - Как тебе живется тут? Честно признаться, я ожидал увидеть большой дом, а не целое поместье. Изнутри оно лучше, чем снаружи.
- Это правда. Издалека напоминает развалины, - сказал Кайл. - Но внутри очень уютно. Твой муж сказал, что это твоих рук дело. Может, и за наш дом возьмешься? - омега подмигнул другу.
- Возможно. На самом деле здесь еще много работы. Левое крыло почти разрушено. Я одного не могу понять, - задумчиво сказал Эдмунд, - ты не поверишь, но бывшие хозяева просто уехали отсюда. Просто собрали вещи и уехали. Даже не потрудились по-человечески закрыть дом.
- Серьезно? - удивился Арчибальд.
- Да. Не взяли с собой почти ничего. Большинство того, что вы видите в комнатах, валялось на чердаках лет десять. Просто свалили все в одну кучу.
- Довольно странно, - протянул Ник. Он блаженно развалился в большом кресле. - Кто был прежним хозяином?
- Не знаю. Я не спрашивал у Чезаре, - пожал плечами Эдмунд.
Он был несколько рассеян, думал о муже, чье настроение ухудшилось в разы. Он сидел наверху весь день, вообще не показывался. Словно медведь в берлоге, которому нанесли страшные раны, и который пытается их залечить. Омега хотел поговорить с Чезаре, но не решался. Он не мог предвидеть реакцию.
И еще одно дело занимало мысли омеги. Могила Трэвиса. В этот день он всегда навещал брата, клал на могилу цветы и выливал кружку теплого вина. Трэвис не любил цветы, а вот выпить был не дурак.
Эдмунд с ним не разговаривал. Просто стоял, опершись на холодный могильный камень. Они не разговаривали при жизни, глупо делать это после смерти. Да и что можно сказать? Трэвис не воспринимал благополучие других людей, он считал, что должно быть все хорошо только у него. Несчастная жертва жадности и амбиций.
- Ник, ты… - Эдмунд вопросительно глянул на кузена.
Тот кивнул, грустно улыбнувшись.
- Я зашел к нему. Хотя искренне не понимаю, почему ты все еще его жалеешь.
- Потому что он был человеком. По крайней мере внешне, - пожал плечами Эдмунд.
- Но всякий ли достоин сочувствия? - спросил Алек, посмотрев в глаза другу.
- Думаю, что да, - медленно ответил Эдмунд, немного помолчав. - Сострадание исцеляет людей.
- Тогда в мире не существовало бы чудовищ, как… - Кайл прикусил язык. Не хотелось портить праздник грубыми словами.
- Как Чезаре, - закончил за него Эдмунд. - Ты это хотел сказать?
- Нет, - спокойно ответил рыжеволосый омега. - Незачем так бросаться на его защиту.
- Я не бросаюсь. Просто пытаюсь быть справедливым.
Кайл пожал плечами.
- Эдмунд, любовь моя, не хочу показаться бестактным, но когда будет обед? Или хотя бы ужин? Что-нибудь. Потому что иначе я скончаюсь от голода прямо в твоей замечательной гостиной и испорчу тебе настроение, - сказал Мельбурн. - Могу тебе сказать, что никогда не хотел быть погребенным под ледяными сугробами. Я теплолюбивое существо.
- Кажется я знаю, как и где буду убивать тебя в случае чего, - миролюбиво отозвался Хоуксворт.
- Ну это мы еще посмотрим. Видишь ли, во мне живет надежда, что ты состаришься раньше, чем я. Лет так через пять. И у меня появится шанс завоевать твоего мужа, - сверкнул улыбкой Алек.
- Даже не надейся. У тебя уже есть гарем. Кстати, Эдмунд, ты предупредил служанок, чтоб скрывались от него? - последовал кивок в сторону Мельбурна. - И напомни им, чтоб в одиночку не ходили.
- Напомни, любовь моя. Пускай лучше по трое ходят, - ухмыльнулся Алек.
Эдмунд улыбнулся про себя. Хоуксворт и Мельбурн были в своем репертуаре.
- Я сейчас позову слуг, и они покажут всем комнаты, - произнес омега, вставая с кресла. Двойняшки радостно понеслись к Ма Шеру, который уже никак не реагировал на детей. - Вещи уже давно принесли. Так что располагайтесь с комфортом.
