Роман Ф. Поллини стал бестселлером № 1 в США. Хотя в нем много тщательно выписанных, откровенных любовных сцен, тем не менее, главное в романе — лихо закрученный детективный сюжет, подвергающий глубокой критике распущенность нравов, и затрагивающий проблемы из жизни современной американской школы.
Понс де Леон обнаружил труп.
Случилось это так: он вежливо отпросился у мисс Смит с урока английской литературы, чтобы отправиться в туалет и заняться онанизмом. Или, если выразиться поточнее, ему необходимо было срочно отыскать какое-нибудь подходящее место, сравнительно уединенное, чтобы избавиться от того, что переполняло все его существо и неудержимо вырывалось наружу. Потому что мисс Смит доводила его просто до сумасшествия. От этих роскошных, мягких округлостей ее великолепных грудей под этими роскошными одеяниями, какими были ее свитеры, и от этого роскошного запаха, этого аромата, исходившего от нее и принадлежавшего только ей одной — ее духи он узнавал издалека, еще в коридоре, — он просто сходил с ума, его буквально сбивало с ног! Он не мог больше высидеть в классе, рядом с ней, его сердце готово было выскочить из груди, и он вынужден был отпроситься с урока. Такое случалось с ним довольно часто, и с этим он ничего не мог поделать. Он влюбился в мисс Смит. Некоторые, более воспитанные ученики, прозвали ее "мисс Белоснежные Лапки", другие же, более толстокожие и грубые, окрестили ее "мисс Цап-Царап", и, на взгляд Понса, эта последняя кличка совсем ей не подходила. Но таких грубиянов было явное меньшинство. Тем не менее, слышать, как обзывают предмет его воздыханий таким пошлым именем, Понсу было невыносимо: он даже мысленно не позволял себе называть ее таким вульгарным именем — "мисс Цап-Царап". Это была любовь с первого взгляда. Она заполнила все его мечты. Он представлял себя ее верным рыцарем, ее Ланселотом. А какие у нее роскошные волосы! Всякий раз, когда он ее видел, его лицо вспыхивало румянцем, а тело наполнялось удушливым жаром. Когда же она говорила с ним, он совершенно терялся, он парил в межзвездном космическом пространстве, далеко от Земли, где-то там, на Венере. Он был от нее без ума!
И только он вошел в туалет, только собрался, с бьющимся от нетерпения сердцем расстегнуть ширинку, чтобы высвободить багрово-красный, рвущийся наружу, напряженный пенис… как вдруг увидел перед собой безжизненное тело.
Правда, он не сразу сообразил, что это человеческое тело. Сперва он застыл, как вкопанный — его поразило открывшееся зрелище. Он сразу понял, что дело нешуточное, из ряда вон выходящее. Перед ним была кабинка туалета, куда он собирался войти… и не смог ступить дальше ни шагу. Он застыл на месте, соображая, что же перед ним такое? Тело или что-то фантастическое? Он не в силах был оторвать взгляд от диковинного зрелища. Мало-помалу напряжение его стало спадать, и он постепенно возвращался в реальность, поражаясь увиденному. Перед ним была женская задница, неестественно вздымавшаяся прямо перед ним. Понс присмотрелся и постепенно начал вникать в детали этого зрелища. Ноги незнакомки почти плоско лежали на полу, колени ее упирались в спинку унитаза, а руки как будто старались достать кончики пальцев на ногах. Понс изумленно вытаращил глаза, его охватила паника, так как он понял, что является свидетелем чего-то из ряда вон выходящего, какой-то трагедии, страшной трагедии! Но любопытство пересилило страх. Такой уж у него характер. Недаром его школьный наставник, мистер Мак-Дрю, по прозвищу Тигр, главный воспитатель, утверждал, что разумом и глазами Понс всегда старается дойти до самой сути. А сейчас его глаза неотрывно уставились на этот неестественно поднятый зад. Он внимательно осмотрел ягодицы. Ее платье, отметил он, задрано выше талии. Ее трусики имели приятный пастельный оттенок, а не просто розового цвета, как те, которые он случайно увидел под подолом одной школьницы сегодня утром. Нет, цвет этих трусиков был необычный. На трусиках белела какая-то бумажка, которую он, наконец, заметил, добрую дюжину раз пробежав глазами вверх вниз по открывшимся ему ягодицам. Внимательно вглядевшись, Понс увидел, что на бумажке большими прописными буквами начертаны, по крайней мере, три слова. Чтобы их прочесть, требовалось подвинуться ближе. Но ужас буквально приковал его к месту. Неимоверным усилием воли он все-таки заставил себя сдвинуться с места. Он был решительным парнем, которого не мог удержать исконный враг человека, всемогущий тиран — хоть временами и Друг, насколько ему известно — страх. Он продвинулся немного вперед, скорее, проковылял на трясущихся от страха ногах к изящно выгнутым ягодицам и к укрепленному на них клочку бумаги. Кто же это? Его уже начал интересовать этот вопрос, имеющий для него не просто академический, но и чисто человеческий интерес. Кто она — эта девушка? Конечно, с этой позиции невозможно определить личность пострадавшей. Не мог же он распознать ее по трусикам? Он придвинулся к бумажке. Это была обычная, не разлинованная страница из школьной тетради, — такие предоставляли ученикам бесплатно, за государственный счет. Размером она была приблизительно восемь на десять дюймов. Присмотревшись внимательней, он сумел, наконец, разобрать надпись: "Прощай милая!"
