Тигр вспомнил сон, который видел прошлой ночью. Ему приснился сад. В том саду росли деревья. В сторонке, где была тропинка, стояла Луби Лу. Она шла по тропинке. Нет, она стояла на ней. Шла ли она по ней, или стояла? Нет, она шла. Она направлялась к нему. Она напевала мелодию… Он попытался вспомнить эту мелодию… Потом возле одного дерева он увидел Понса… Это ему приснилось прошлой ночью?
— Что вы вообще думаете об этом деле, Тигр? — вдруг услышал он вопрос. — У вас есть какие-нибудь предположения?
Мысли? — спросил парень. — Кто бы мог это сделать? — услышал он, как спросил его парень.
Тигр посмотрел парню прямо в глаза, обдумывая ответ. Вопрос действительно имел жизненно важное значение. Ни одна девушка теперь не сможет чувствовать себя в безопасности, гуляя по улицам Соерсвилля, пока на этот вопрос не будет найден точный ответ. Кто сможет спокойно спать в Соерсвилле, пока злодей не опознан? Тигр думал над этим, тщательно взвешивая ответ. Ему самому очень хотелось знать ответ на этот вопрос.
— Этот действительно очень актуальный вопрос, даже, я бы сказал, злободневный, — сказал он, — не дает мне покоя с того самого момента, когда я узнал о происшедшем сегодня утром у нас в школе. — Он помолчал, а потом добавил: — Кто знает точный ответ? Скажу тебе откровенно: я не знаю ответа на твой вопрос. Пока еще, по крайней мере. Знает ли кто-нибудь вообще? Ну, в данный момент только один человек может дать точный ответ на твой вопрос. Кто это? Ты знаешь не хуже меня. Не так ли? — Он снова сделал паузу. — Но я не отчаиваюсь, Я не впадаю в безнадежное отчаяние. Я тебе уже сказал, что его обязательно найдут, ты можешь в этом не сомневаться.
— Но когда? — проницательно заметил Понс.
Тигр снова задумался. Это был не менее важный вопрос. Этот мальчишка определенно попал в самую точку. Как всегда. Он посмотрел на него с нескрываемой симпатией.
— И этот вопрос очень важен, не правда ли, Понс? — Он помолчал, грубая аналогия внезапно пришла ему на ум. — Такой же вопрос можно задать о Вьетнамской войне. Когда? Это очень существенный вопрос. Будет ли когда-нибудь конец этой грязной войне во Вьетнаме? Ты понимаешь, Понс, что я хочу сказать?
Он видел, как Понс задумался над его ответом и понимает все прекрасно.
И он услышал, как тот ответил сам на свой вопрос; — Потому что этот парень может нанести еще много вреда, Тигр… — сказал он спокойно.
— Смог бы, — поправил его Тигр.
— Я очень надеюсь, что Серчер нашел что-нибудь существенное дома у Джилл!
— И я тоже.
— Что за паршивая ситуация! Бедняга Джилл! Ужас!
Воцарилось молчание.
Тигр продолжал смотреть на Понса.
— Что ты думаешь по этому поводу? — наконец спросил он, в своей спокойной, мягкой манере. — Ты ведь продумал все хорошо, тщательно взвесил в уме все обстоятельства дела? Я хотел бы услышать твои выводы, если они у тебя есть, твои предположение.
— Вы говорите, как Серчер!
Тигр виновато усмехнулся.
— Прости, Понс, я не хотел этого… Но я действительно хочу знать твои выводы. Вот и все.
Понс беспокойно заерзал в кресле, оглядываясь по сторонам. Затем он взглянул на Тигра.
— Я не знаю, как ответить на такой вопрос, — услышал Тигр.
— Этот ставит нас в равное положение, — сказал он парню.
— Вы, вероятно, наслышались уже разного по этому поводу. Вы же знаете, у меня не было возможности слушать разные домыслы досужих людей…
Парень осекся, и Тигр подождал продолжения его фразы.
— Но я слышал краем уха, что некоторые высказывают предположение… Понс не решался продолжать.
— Какое, Понс? — спросил Тигр.
— Что, якобы, это дело рук кого-нибудь из цветных парней, — сообщил Понс, не пытаясь скрыть своего презрения.
