Все это невзрачные, совершенно не интересные животные — как Аня только сейчас поняла. Ей стало скучно и, кажется, что тянет зевнуть. Но не успела она широко раскрыть рот, как увидела за сеткой вольера большую черную собаку с белым пятном на груди. Стояла она спокойно, не двигаясь с места и не лая, а только наблюдая своими выразительными карими глазами за ранее невиданными ею людьми. Ее уши торчали ровно вверх, строго вертикально, как стоит она на своих сильных лапах. Через вытянутую, немного открытую челюсть виднелся чуть просунувшийся между зубов светло-алый язык.
Аня встала напротив, не двигаясь, как не двигается она; смотря в глаза, как смотрит в ее она.
— Аня, — крикнула Татьяна Алексеевна, — пойдем.
Они уже стояли на крыльце дома у приоткрытой двери. Обернувшаяся на свое имя, Аня повернулась обратно к собаке, и сказав ей: «Подожди, я сейчас», пошла в дом.
За тесной пустующей прихожей дома, где стояла только обувь и на петлях все еще висели зимние куртки, располагалась комната, куда, разувшись, прошли все вместе. Там уже всех ждала низкого роста девушка — светлая, очень хорошенькая на вид.
Комната эта была узкая, вытянутая, что старый диван, стоящий посреди нее у стены, казалось, занимает добрую половину помещения. Кроме дивана из мебели здесь ничего и не было. Лишь в углу, у окна стояла большая плетеная корзина для щенят с припущенной с одной стороны стенкой для того, чтобы питомцам было легче взбираться на мягкую черную подстилку в белый горошек. На ней еще сонные, медленно водящие из стороны в сторону головами, лежали неуклюжие щенята.
Девушка приветливо поздоровалась с Татьяной Алексеевной и с Аней отдельно, на что Воскресенская ответила безучастным: «Привет».
Щенят начали поднимать — все еще не проснувшихся и вялых, передавать из рук в руки: сначала Ане, а затем Татьяне Алексеевне. У Ани из головы не выходила та длинная морда с умными карими глазами, что осталась на улице за дверью. Она, держа перед собой на руках белые маленькие мордочки, не видела их, но из вежливости, что ей передали их именно для того, чтобы посмотреть, она поднимала зверят перед собой и некоторое, не продолжительное время разглядывая, передавала Татьяне Алексеевне. Аня определенно была бы менее холодна к щенятами, не заметив собаку, так выразительно смотревшую на нее. Весь ее интерес теперь там — за дверью дома, во втором вольере от него. Наверное, она также неподвижно стоит и ждет Аню, ведь Аня пообещала, что скоро вернется.
— Какой тебе нравится, Аня? — поинтересовалась Татьяна Алексеевна.
— Да они все какие-то одинаковые, — подняла она плечи. Аня старалась делать вид, что происходящее ей интересно, и даже очень, только вот этих стараний Ани никто из присутствующих не заметил. Напротив, все видели, насколько ей скучно: все равно на присутствующих, на щенят, на все-все; только вот никто не заметил в ее взгляде навязчивой мысли, недавно возникшей.
С пол часа Аня и Татьяна Алексеевна сидели на диване; парень же с девушкой стояли в разных концах комнаты. Затянулся нудный разговор о щенятах, остальных питомцах, о приюте. Стало известно, что молодая пара здесь не живет, хотя, когда тепло, этот приют для них что-то вроде дачи. В основном же они проживают в соседнем поселке, а занимаются этим себе в убыток — по доброте душевной.
Выйдя из дома, первым делом Аня выполнила недавно данное обещание, подойдя к собаке, которая, будто бы даже и не пошевелилась за все это время, а продолжала стоять и дожидаться. Присев на корточки и поравнявшись, Аня всматривалась в ее глаза, уши, клыки, сама немного приоткрыв как в удивленно рот, будто перед ней было какое-то невиданное ею ранее животное. Собака почувствовала проявленный к себе интерес, замахала хвостом и постаралась обнюхать Аню, чтобы познакомиться поближе, но нос ее уперся в сетку вольера.
— Мы ее зовем Астрой, — пояснила девушка, более словоохотная, чем ее супруг.
— Астра, — протянув, нежно обратилась она к собаке; та оживилась, повела головой, облизала языком свой нос и непременно бы полезла к Ане, если бы не сетка.
— Похоже, это смесь немецкой овчарки с дворнягой. Кстати, она из ваших мест. К нам ее привезти относительно недавно. Месяцев с…
Более Аня не слыша этих пустых, скучных разговоров. Отстранившись от всего вокруг, она смотрела только на эту вытянутую морду с алым высунутым языком. В ее голове один за другим появлялись и сменялись яркие образы, будто бы она сейчас не здесь, а в парке, с Астрой, гуляет с ней на поводке. Это послушная собака — она никуда не дернется, не побежит; она будет следовать шагу Ани. Они гуляют также, как гуляла Аня когда-то без Астры, одна: через дворы и переулки, минуя заборчики и протискиваясь между гаражами.
