– Понятно, – неверно истолковала его ответ Верочка и, когда они сделали поворот, ответила: – У Ивана все в полном порядке, он полностью поправился.
– Это хорошо, – так же холодно сказал Егор и добавил: – А я узнал, что тот выстрел оказался роковой случайностью, каким-то образом в диск автомата попал боевой патрон.
– Да уж, роковая случайность, – вторила ему холодностью она.
Теперь настала очередь Егора неверно истолковать ее слова, услышав в них личностный подтекст, как той их встречи, так и этой.
Танец закончился. Они остановились.
– Пожалуй, мы с вами простимся, – светски сообщила Вера. – Мне пора уезжать.
– Пожалуй, провожу вас и вызову вам такси, – ответил ей по-светски Бармин.
Вера молча кивнула и пошла за своей сумочкой и шалью. Нужно было еще предупредить Милу о своем отъезде. Егор двигался за ней. Проводил до выхода, отдал распоряжение охраннику вызвать такси и вышел вместе с ней на улицу.
– Собственно, мне тоже здесь больше нечего делать, – как бы скучая, заметил он, повернулся к Верочке и предложил: – Поедем ко мне, раз уж встретились.
Она нарочито медленно повернулась к нему и брезгливым тоном, чеканя каждое слово, ударила отповедью:
– Видите ли, Егор, я отношусь к себе с большим уважением и любовью, и доверить свое тело, безопасность и удовольствие человеку малознакомому, к тому же явно демонстрирующему полное неуважение к женщинам и ко мне в частности, не то что не могу, а не позволю себе никогда и ни при каких обстоятельствах. Даже близко подойти ко мне такой личности я не позволю. Думаю, у вас более чем предостаточно женщин, готовых исполнить любой ваш каприз, обратитесь к ним за услугами.
Подъехало такси. Вера королевской походкой, высоко держа голову, подошла к машине и собралась открыть дверцу. Но Бармин, хоть и оказался совершенно ошарашен такой отповедью наотмашь, но шустрости никогда не терял – опередил, проявив галантность, распахнул перед ней дверцу.
– Знаете, Егор, – уже собираясь садиться, вдруг остановилась она и «выстрелила» напоследок: – Уверена, что заниматься сексом с таким циником, как вы, невероятно скучно и совершенно не интересно. Прощайте.
И села в машину, а Бармин захлопнул за ней дверцу, засунул руки в карманы брюк, стоял и смотрел вслед удаляющемуся такси. И вдруг, запрокинув голову, расхохотался от души.
Нет, он не дурак, как заподозрил было, и все его прекрасные навыки остались при нем – он все правильно понял про эту девочку в тот первый раз!
Как она его словесно отшлепала, а? И фразу-то как закрутила, завернула, сложно выстроила – вот эдак, он бы не осилил такое нагроможденное построение, да еще и с ходу, на одном дыхании. Бармин умел красиво и азартно говорить, увлекать людей и направлять их в нужное ему русло, но предварительно продумав, прикинув, что и как скажет. А чтобы вот так, с лету. И глазами своими синими возмущенно сверкнула, и щеки от гнева алели румянцем. И контрольный выстрел не забыла! И взглядом подкрепила, и чертики в нем пляшут, и ямочка на щечке обозначилась, так развеселилась от своих слов!
И между прочим, он только теперь врубился, что уехала-то она одна, и никакой Виктор ее не сопровождал, и даже проводить не удосужился.
Нет, его никто не обманул, она настоящая, а то, что прикид дорогой и драгоценность серьезная на руке, так кто ему сказал, что она бедствующая медсестра? Может, она медик по призванию, а у нее богатые родители, или муж? Нет, муж вряд ли, она явно не замужем, это Бармин считывал с женщин в первую очередь, ну, значит, родители!
Но как же фатально они не поняли друг друга! Как могут два далеко не глупых человека так безнадежно друг друга не понять и не почувствовать? И что, он действительно сегодня вел и держал себя как законченный циник, не уважающий женщин?
А вполне может быть. Он иногда практикует холодно-циничный тон, в тех случаях, когда люди, вступающие с ним в контакт, малоприятны, беспардонны и требуется дистанцироваться или поставить на место. Ну, с этим-то фиг, а вот про девочку Веру пора собрать максимально подробную информацию!
И почувствовав, что снова загорелся интересом, и жизнь бурлит, и он, орел, как ни крути, на хороших девочек реагирует, Бармин почти бегом вернулся назад – расспросить с пристрастием Влада и Милу.
Ну, с пристрастием и не понадобилось – оба уже пребывали в состоянии доброго такого опьянения, когда уже пошатывает, с координацией трудности и громкость повысилась в паре с куражом, но головушку еще окончательно не снесло.
– А скажи-ка мне, Карим, – подсев к другу, развалившемуся на диване, весело потребовал ответов Бармин, – ты давно знаешь Веру?
– Верочку-то? – разулыбался пьяненько Влад. – Ну, сколько? Больше года, наверное, скоро уже два будет. А ты что, заинтересовался нашей Верочкой? – подозрительно уставился на него Влад и пальчиком погрозил: – Ты Верочку не обижай, она девочка хорошая. Анах… как его… – запутался в слове Каримец, но упорно пытался произнести: – Анахро… этот, изм. О! Анахронизм! Вот! Из интеллигенции глубинки. Правильная такая и недоступная. Королева.
– А ты пытался? – поднапрягся немного Егор.
