Кеннеди встал – и с наслаждением почувствовал, как струйки холодного пота побежали к запястьям. Искусственно вызванный испуг сделал свое дело, пот – отличная смазка. Теперь Кеннеди сделает свое дело – неторопливо, аккуратно. Едва ли старик знаком с этими фокусами современных последователей Гудини… Итак, приступаем… Коронный трюк: сбрасывание оков и чудесное спасение из пасти акулы! На арене Макс Кеннеди!! Музыка, туш!!!
Самое удивительное, что оставленный на столе пистолет вернулся на свое законное место, в подплечную кобуру. Очевидно, агенту Кеннеди суждено было погибнуть от клыков в полном боевом снаряжении. Это давало дополнительные шансы…
…Старик вел его, как опасную собаку на жестком поводке, – уверенно, наверняка пользуясь прибором ночного видения (
– О, к нам прибыло подкрепление… – прислушался старик. – Сюда, Морис! Мы здесь!
«Понимает ли этот Морис, что жить ему осталось несколько дней? – подумал Кеннеди, старательно, по микрону, исполняя свой коронный трюк. – Если не понимает, можно…»
Он не закончил мысль. Внезапно вспыхнул свет – безумно яркий, как показалось Кеннеди. Он крепко зажмурился, но на сетчатке продолжала полыхать убийственная вспышка.
Вайсгер взвыл. Его ночная оптика при таком перепаде освещения наверняка вышла из строя. Кеннеди повезло меньше – из строя вышли глаза.
– Идиот!!! Выключи немедленно!!! Ты слышишь, Морис??!!
– Идиот тут один, и это не я, – ответил знакомый голос. – А Морис тебя не слышит. На дне Трэйклейна плохая слышимость. Послушав вашу беседу, господа, вынужден внести коррективы – это не я недооценил Мориса, но он меня… Финал был, впрочем, тот же – вспоротое брюхо… Но скутер у тебя действительно хорош, братец… По дороге сюда я оценил это в полной мере.
«Стреляй, Дэнфорд! – подумал Кеннеди, пытаясь медленно поднять веки. – Стреляй же, нельзя заговаривать с этой змеей… Нет оружия – швырни камень, черт возьми!!!»
Голос Дэнфорда изменился мгновенно:
– Брось его! Ты не сделаешь этого, брат!
– Сделаю!
Щелкнул выстрел – судя по звуку, калибр был небольшой. Кеннеди приоткрыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как падает Дэнфорд Вайсгер…
Вокруг – внутренний двор завода, действительно усыпанный старыми кабелями, досками, еще какой-то дрянью… Оценив обстановку, Кеннеди мгновенно метнулся в сторону – до угла ближайшего здания было несколько метров.
Удивительно, но старик успел среагировать. Подхватил свою палку, чуть не удавив Кеннеди, – и тут же направил ствол пистолета на младшего брата. Тот громко стонал, вцепившись двумя руками в колено. Из-под пальцев бежала кровь.
Первым делом Вайсгер уложил Кеннеди на землю – без слов, просто резким движением палки вниз. Дышал Вайсгер-старший как загнанная лошадь – только что минувшие передряги не прошли даром.
– Отдохните немного, друзья… – просипел он. – Мне надо подумать над новым раскладом…
Пока старик думал, Кеннеди лихорадочно воевал с путами. Осталось чуть-чуть – минута, может, чуть больше, кропотливой работы.
– Ты разнес мне колено, поганый ублюдок! – прокричал Дэнфорд. Похоже, болевой шок немного отпустил его.
– Это не я. Это Трэйк откусил тебе ногу. Точнее, откусит… Пулевые отметины на утопленниках мне ни к чему… – сказал Вайсгер рассеянно. – Полежи там, брат…
И он повернулся к Кеннеди, благоразумно держась за конец палки и не обращая больше внимания на покалеченного Дэнфорда.
«Дьявол! Не человек – дьявол! – мысленно застонал Кеннеди. – Еще полминуты – и я пристрелилил бы его, не вставая с земли… Сам Сатана ему ворожит…»
– Кеннеди, – начал дьявол и добавил что-то еще…
Но Кеннеди не расслышал ничего. Он смотрел за спину Вайсгера – аккуратно, краем глаза, стараясь не выдать сосредоточенного взгляда…
Это было похоже на чудо. Дэнфорд оказался на ногах и приближался к брату легкой, крадущейся походкой – совершенно невозможной для человека с раздробленным коленом…
«Только не обернись… Только не обернись…» – твердил Кеннеди, как заклинание. Дьявол не обернулся. Вместо этого упал Вайсгер-младший.
Его брат мгновенно развернулся, не выпустив палку. Дэнфорд вновь лежал на земле, споткнувшись о кабель. Четверть минуты, сказал себе Кеннеди, решив надеяться лишь на себя.
– Чертов сукин сын… – сказал дьявол со смесью ненависти и восхищения. – Что значит – родная кровь. Отставить инсценировки. Я пристрелю тебя немедленно.
И он стал тщательно целиться в голову брата.
«Ты труп», – мысленно сказал ему Кеннеди, вынув из пут левую руку. Чтобы добраться до пистолета, нужна была правая. Еще несколько секунд…
«Патроны… – похолодел вдруг Кеннеди. – Старый дьявол точно вынул патроны. Или забил ствол грязью, или придумал что-то еще, но пистолет не выстрелит… Невозможно убить дьявола…»
