– Отлично, значит, вы все-таки решили остаться? Чудесно…Не хотите представляться? Что ж, дело ваше, мне довольно и того, что я вижу.
– И что же вы видите? – спросила она не без иронии и решительно посмотрела ему прямо в глаза.
Он насмешливо улыбнулся и вновь вытянулся на песке, закидывая локоть над лицом от солнца.
– Я вижу довольно очаровательную юную особу, которая по какой-то причине прячется здесь от всех, но при этом, – он взглянул на нее из-под локтя, – совершенно неприлично разглядывает незнакомого ей мужчину.
Саша поправила шляпку, пытаясь так руками прикрыть вспыхнувшие щеки, и не желая поддаваться на его провокации, прямо, без обиняков, в лоб спросила:
– Итак, вы – русский?
Он усмехнулся.
– Это вас удивляет? – он полулежал вполоборота довольно близко, глядя на нее неотрывно. Ее мокрая шляпа была тяжела, ленточка впивалась в подбородок. – Да, юная леди, я русский, приехал сюда по делам. Ненадолго… М-мм, а я могу задавать вопросы в этой игре? – он подтрунивал над ней, явно получая от этого удовольствие. Но она решила не подавать вида. Ей самой стало интересно: насколько она вообще способна выдержать разговор с мужчиной? Опыта в таких беседах у нее совершенно не было.
– Можете, – снова согласилась она и тут же поспешно добавила: – Но если вопрос мне не понравится, я не буду отвечать, – она метнула на него взгляд. – Задавайте.
– Почему же вы здесь и совершенно одна? – спросил он без раздумий.
– Потому что люблю быть одна. Это место – мое любимое: здесь обычно никого не бывает…
– Вот ведь, а? – он подтрунивающе улыбнулся.
– Моя очередь, – Саша делала вид, что не замечает его насмешек. – Где вы так ловко научились плавать? – она вновь поправила ленту на шее от шляпы и развернулась к нему, вынув ноги из воды в песок, откинулась назад, упершись на руки, чтоб лучше его видеть. В этот момент их ноги невольно соприкоснулись, от чего Саша отчаянно вздрогнула и быстро отодвинулась, снова заливаясь краской с головы до ног, отчаянно злясь на себя за этот румянец.
Явно заметив, как она отпрянула в сторону, смутившись, Никита продолжал с улыбкой:
– Я вырос на Волге, там все умеют плавать. К тому же, я часто путешествую, в том числе в глухие леса, где много весьма полноводных рек, там этот навык очень часто нужен.
Под его взглядом Саше стало не по себе. Она отвернулась, не понимая, что она вообще делает: зачем она сидит в этом пустынном месте с каким-то неизвестным человеком? Встать и уйти? Что бы сказала на это мама?!
Возникла странная пауза.
Странным было абсолютно все: вечереющее небо имело сложную расцветку от темно-голубого к розоватому, само море темнело на глазах, а волны увеличивались. А Саша, – подумать только! – впервые в жизни так близко и так долго находилась в обществе незнакомого мужчины. Еще месяц назад она с трудом бы могла себе это представить. Да что месяц, утром сего дня это было немыслимо!
– Вы – путешественник или ученый? Раз много ездите, – продолжая сидеть, спросила она, снова бросив на него взгляд. Не так она представляла себе ученых.
– Ну, ученый – это громко сказано, – он рассмеялся. – Скорее искатель. Я езжу по работе, людей ведь надо контролировать, ну, немного занимаюсь исследованиями, а для этого приходится отправляться в новые неизведанные места…Пожалуй, моя очередь. О чем думает прелестная незнакомка, находясь в таком уединенном месте?
Она метнула на него взгляд.
– Много о чем. Разве девушка не может думать?
– Конечно, может. Отсюда и мое любопытство: какие же мысли гонят юную особу сюда, на камни и под грохот моря, в совершенное одиночество? Наверняка, ваши родители не в восторге от ваших… мм-м… исчезновений.
Саша пожала плечами и перевела взгляд на море. Но после довольно долгой паузы все-таки задумчиво сказала:
– Глядя на эту стихию, с одной стороны, приходит в голову, какой крошечной песчинкой является человек в этом громадном мире. Но, с другой, – она глубоко вздохнула, как бы набираясь смелости, и тише добавила: – Так хочется верить, что раз ты есть, значит, не просто так пришел в этот мир. Наверное, у каждой жизни должно быть какое-то предназначение…
– И о каком же предназначении мечтает ваша душа? – с улыбкой спросил он, наблюдая за ней.
– Вам, правда, интересно? – она скользнула взглядом по его лицу, невольно удивляясь своей откровенности. Она видела, что ее слова забавляют его, но почему-то эта игра затягивала и ее.
– Мне, правда, интересно, о чем думает юная леди, – он видел, как она слегка опустила ресницы, а щеки ее сильнее зарумянились: и даже не от смущения, а от мыслей, которые роились в ее голове. – Так что же?..Поделитесь, или ваши учителя навсегда отбили в вас желание делиться своими мыслями?
Она бросила на него быстрый взгляд. Потешается? Или он действительно хочет узнать, что у нее на уме?
– А вы не будете смеяться?
– Честное слово! – он театрально приложил руку к сердцу. – Прошу вас. Ведь нет ничего дурного в том, чтобы обмениваться мыслями, не так ли? При этом, заметьте, я даже вас не знаю, а значит, ваша откровенность останется между нами, ваши слова уедут вместе со мной: ту-тууу…
