— Я не могу, я не могу, Альберта нигде нет, я не могу, я не рожаю, я правда не рожаю, Ален, я не рожаю. — Кричала она, пытаясь меня убедить в том, что действительно ничего не произошло. В итоге ремень пискнул, она отцепила его и попыталась, схватившись за руль вылезти.
Когда одна нога спустилась из машины, Элла взвизгнула и согнулась пополам, прижимая ладони к животу.
— Это схватки, — произнесла я так, как будто бы находилась рядом с сумасшедшей, которая не понимала элементарных вещей — Элла, у вас схватки, у вас воды отходят, вы рожаете, вы в родах, вы ко мне приехали со схватками, — закричала я, теряя терпение, ощутила, что по голове ударило ещё сильнее, а дыхание спёрло.
— Нет, нет, нет, Ален, правда, нет, это, наверное, тренировочные.
— Во время тренировочных не отходят воды. — Заорала я, не понимая, какого черта она пытается убедить меня в обратном. Она что, надеялась на то, что будет ходить беременная до конца века или что от одного мужика зависит то, как она будет рожать.
Да, твою мать, если у неё сейчас отойдут воды, не так много времени будет, хотя, с другой стороны, если она первый раз рожает, то вполне возможно, что роды будут не стремительными.
Элла все-таки вылезла из машины, согнулась пополам, упёрла ладони в колени и тяжело задышала.
— Я не могу, я не могу рожать сейчас, правда, не могу, честное слово, не могу.
Ален, нет, я не рожаю. Вызывайте полицию, вызывайте какого-нибудь аварийного комиссара. Пусть он всю эту ситуацию запишет, Алёна, — сбивчиво тараторила Элла, а я понимала, что у всех бывает по-разному.
Может у неё на фоне гормонального сбоя, перестройки, мозги нахрен отключились, а может, их там изначально не было?
— Я не могу рожать, я не могу, я не рожаю. Я правда говорю, что я не рожаю.
честное слово, я не могу без Альберта. Он и так, он и так не хотел этого ребёнка.
Он мне вообще сказал, когда я уже пошла на первое узи, чтобы я сделала аборт.
Блин, представляете, он хотел избавиться от ребенка.
Она истерично засмеялась, пыталась перехватить руками дверцу машины.
— Я ещё такая, а зачем тогда, зачем тогда все это? Он не хотел, чтобы я родила ребёнка, я не могу родить, я не могу родить без него. Если он хотел от него избавиться, когда ему было всего три месяца, то сейчас он точно на него даже не посмотрит. Алёна, я не могу пока рожать. Я, правда, не могу рожать. Я его столько времени не могу найти. Ален, я не могу.
Это была истерика настолько явная, что у меня не находилось слов для того, чтобы описать всю ситуацию.
Стояла бывшая жена, стояла любовница мужа, беременная, в родах. Любовница плакалась о том, что от ребёнка хотели избавиться, любовница рассказывала, что родить не может, пока не приедет этот кобель. А у жены сердце рвалось в клочья. А ужены вся жизнь летела перед глазами.
Что-то неявное, что-то присущее и давящее все это время, находившееся где-то вдалеке, оно вдруг оказалось передо мной только сейчас. Я это поняла по неотвратимости судьбы, которая столкнула меня нос к носу с беременной любовницей мужа, которая начала рожать при мне.
— Ален, я правда не могу, я не могу родить без него. Я должна хотя бы с ним поговорить. Ему не нужен этот ребёнок. Не нужна я. Я должна хотя бы с ним поговорить. Я не могу пока рожать.
Сведёнными судорогой пальцами я достала мобильник из сумочки.
Набрала заученный порядок цифр.
— Здравствуйте, скорая, внезапные роды. Адрес? Да, сейчас.
51.
Алёна
— Алёна! — когда приехала скорая Элла, уже была не в себе, её скручивало от боли, она стояла и выла, склонившись к водительскому сиденью, и не могла членораздельно ничего выдавить.
Скорая приехала, фельдшер быстро постаралась скоординировать ситуацию.
Положили эту дурную женщину на каталку, и, уже лёжа на каталке, она продолжила причитания:
— Алёна, Алёна. — Она вывернулась, дотянулась до меня, схватила за руку с такой силой, как будто бы кости желала продавить. — Алёна, я не могу сейчас рожать, я не могу. — Тихо повторяла она. — Я не могу без Альберта, что он скажет, а вдруг он скажет, что это не его ребёнок?
— А у него есть повод, так сказать? — Спросила я тихо. И я вздохнула.
У Эллы из глаз брызнули слезы, и я покачала головой.
— Езжайте и рожайте, Элла. Все, что могла, я сделала. Машину на штрафстоянку отгонит эвакуатор.
Элла сильнее постаралась перехватить меня, притянуть к себе.
— Ален, что мне делать? Что? Что мне делать, Ален?
Я пожала плечами, фельдшер засуетилась, стараясь оттеснить меня, перехватила за запястье Эллу, пытаясь отодрать от моей руки, начала быстро, быстро что-то объяснять и перевела на меня взгляд, когда каталка подъехала к краю скорой помощи.
— А вы. Вы снами едете?
— Нет. Вы что, — пожала я плечами.
— А как же…
— Это любовница мужа, — вздохнула я и покачала головой. Фельдшер осталась стоять с приоткрытым ртом, а я пожала плечами и все-таки развернулась, тяжело двинулась в сторону калитки.
Снова пискнула ключом, толкнула от себя створку и оказалась на территории участка.
Ворота выгнуло чуть ли не углом.
Я медленно шла в сторону дома, не понимая, какого черта со мной происходило.