Вся ситуация как будто бы высосала из меня всю жизнь.
Дойдя до порога, я присела на одну из крайних ступенек, запустила пальцы в волосы, тяжело задышала.
В жизни любой женщины, которая когда-либо испытывала предательство, иногда возникает дурацкое, глупое чувство того, что, может быть, я ошиблась.
Может быть, я слишком строга и тщеславна?
И, может быть, на самом деле он тоже ошибся.
Вступал в действие закон того, что любой ужасный поступок может быть продиктован не злым умыслом, а банальной человеческой глупостью.
Вот в какие-то промежутки, в какие-то окна затмения я думала, что ошиблась, я думала, что у меня в жизни что-то пошло не так из-за меня, а не из-за того, что муж кобель.
И, видимо, напитанная этой информацией я гневила мироздание.
И оно мне дало ответы.
Я не виновата ни в чем была.
Абсолютно ни в чем, и чтобы получить подтверждение этому, жизнь столкнула меня нос к носу с беременной любовницей мужа.
Я тяжело вздохнула, подтянулась и медленно встала, опираясь на перила.
В горле саднило, как будто бы у меня была ангина в самой запущенной форме.
Я тяжело дышала, пыталась выровнять сердцебиение, но ничего не выходило.
А зайдя в дом, я упала на диван.
Я долго смотрела в потолок.
Казалось, как будто бы время остановилось.
И я стала, как та самая хозяйка проклятых часов.
Меня отпустило только ближе к часам шести.
С трудом перебравшись из зала в кухню, я поставила чайник. Разблокировала телефон. Но в этот момент домофон зазвенел трелью.
Приблизившись, я включила камеру.
И увидела ламбу, стоящую вдоль покорёженных ворот, где ещё час назад была машина Эллы.
— Вероятнее всего, я не вовремя, Ален, — произнёс Макс.
Я тяжело вздохнула, без слов снимая блокировку с периметра:
Максим зашёл на территорию участка и двинулся по тропинке к дому.
Я провернула замок.
А сама пошла в кухню.
Когда Максим оказался в доме, то первое, что он спросил, было встревоженное
— Надеюсь, никто не пострадал?
Но я молчала, сидела, смотрела перед собой и молчала.
Макс, разувшись, прошёл ко мне на кухню и, чувствуя что-то неладное, выдвинул стул напротив.
— Ален, все хорошо.
Я пожала плечами, и Максим, обведя взглядом кухню, встал, вытащил кружки, дотронулся тыльной стороной ладони до чайника и одёрнул руку. Буквально интуитивно попытался найти заварку, вытащил лимон из холодильника. Все это бесформенной кучей покидал в заварник. И, имитируя заботливого хозяина, поставил передо мной кружку горячего чая.
Опять разместился напротив.
— Я, конечно, не знаю, что произошло, но, судя по взгляду, что-то очень дерьмовое.
Я кивнула.
Провела кончиками пальцев по ободку кружки.
— Не знаю даже, что сказать. В сторону поддержки могу подогнать хороших ремонтников, сделают все к утру.
Я снова кивнула, не выражая никакого актива.
— Ален, все в порядке?
Я облизала губу, которую успела разодрать до крови. И, не глядя на Макса уточнила:
— У меня-то все в порядке, а вот у тебя что? Объясни мне, как мужчину, у которого в принципе есть все продолжает интересовать женщина, у которой нет ничего.
Чисто логически мне объясни. Подскажи, направь в нужную сторону.
— Глупости. — Макс усмехнулся и, потянув руку, дотронулся кончиками пальцев моего запястья. — У тебя есть намного больше чем может дать любая женщина.
— Мигрень на меняющуюся погоду и приближающуюся менопаузу? Нет, поверь, Максим, это есть у всех.
И фраза пришлась Максу не по вкусу, поэтому он, встав со своего места, обошёл стол и основался напротив меня.
Я подняла на него задумчивый взгляд.
А он, уперевшись бедром о стол, сложил руки на груди.
— Я так понимаю, я сейчас в какой-то замес попал, сам не понимая в какой.
— Ага, — легко выдала я.
— Ну у меня есть два решения проблемы. Либо я уезжаю, либо я тебя сейчас…
52.
Макс не успел договорить, а я, запрокинув голову, захохотала.
— Господи, малыш, — произнесла я, отсмеявшись. — Твою самоуверенность да в нужное бы место, перед тобой бы девки в штабеля укладывались, — произнесла я и, оттолкнувшись от стола, встала.
Не любила, когда находилась в положении ниже, не любила, когда не могла разговаривать с собеседником на равных.
А Макс усмехнулся.
— А зачем мне штабеля, Ален? Тебя интересуют какие-то непонятные мотивы?
Мотивов нет, прикинь? Так случается, мне прилично за тридцать, тебе чуть больше сорока, у тебя и у меня жизнь впереди. Понимаешь, в чем кайф?
Я качнула головой и сделала шаг назад.
— Макс, наоборот, мне прилично за сорок, а тебе чуть больше тридцати. И тебе любая юная девица без вопросов по щелчку пальцев тупо даст, тебе не надо будет даже напрягаться, тебе не надо будет лезть из кожи вон, таскаться по гостям воспитывать и играть с внуком. Тебе просто достаточно два раза щелкнуть пальцами. Ты красив собой, умён, ты богат. Это очень офигительный набор для того, чтобы любая захотела быть с тобой.
Макс улыбнулся и покачал головой, глядя на меня, как на маленькую глупую девочку.