И вот здесь снова вернемся к фигуре Виктора Стол-повских. Его называли казначеем президентской семьи, и не только президентской. С его мощной руки кормилась и многодетная семья Бородина. Заместителем Столповских был некто Олег Селецкий — зять Бородина, муж его дочери Екатерины. Можно поверить, что «Мерката» в нечеловеческой борьбе выиграла тендер на ремонт Кремля. Но. «Мерката» вместе с «Мабетексом» реконструировала еще и гостиницу «Белград», ныне «Золотое кольцо», и тоже по инициативе Бородина. Паколли утверждает, что Столповских покинул пост в «Мабетексе» из-за внутреннего личного конфликта, но претензий к нему не имеет и дел с ним не ведет. Но позвольте, «Мерката» работала в неразрывной связке с «Мабетексом», а Столповских объединял всех: и тех, кто реконструировал Кремль, он был связан с нефтяными деньгами «МЭС» через свою компанию «Мерката Сигас», которая и покупала нефть у «МЭС», он связан с Бородиным через зятя Селецкого, он был одной из ключевых фигур популярной в то время партии «Наш дом Россия». Стол-повских — есть центр вращения и перераспределения кремлевских денег. Вместе с Паколли они фактически монополизировали рынок строительства крупных гособъектов. Впрочем, Виктор заработал на таком «клубке» немало. В октябре 1998 года он приобрел в Швейцарии близ Лугано виллу «Амбразетти» стоимостью 12 миллионов долларов. Не стоит критиковать его за честно заработанные в бизнесе средства. Нас интересует только один момент — на его счета могли попасть наши с вами государственные и вовсе не принадлежащие ему деньги. И вот теперь мы вновь возвращаемся к сути скандала «Мабетекс». Ведь все эти грандиозные стройки не могли остаться без внимания правоохранительных органов.
Генпрокуратура давно наблюдала за деятельностью «Мабетекс» в России в связи с особенностями национального строительства, которые подразумевают откаты. А это значит, что госчиновник лоббирует принятие заведомо завышенной сметы, а по окончании строительства получает разницу между реально затраченной суммой и полученной. Можно наличными, но это старо. Гвоздь сезона «1995» — банковский счет. Скуратов тогда почувствовал перспективность дела, но понимал, что большая часть расследования должна проходить в Швейцарии. Ведь чиновники, интегрированные во все строительные проекты, не будут светить откаты на родине. Значит, стоит пошерстить швейцарскую банковскую систему. Но это было сделать очень сложно. И тогда Скуратов обратился к своей коллеге — генеральному прокурору Швейцарии Карле дель Понте. Параллельно следователи Генпрокуратуры РФ сделали запросы в ФСБ и МВД, но там никто ничего не знал о «Мабетексе». Выручил Интерпол. Его сотрудники сообщили, что некоторое время назад Паколли прилетел во «Внуково» на своем частном самолете, и по дороге в Москву его машину остановила милиция. При проверке обнаружилось, что он вместе со своим братом Ахримом перевозил крупную сумму денег — десятки тысяч долларов. Причем деньги были ввезены без декларации. Паколли был задержан и давал показания следственным органам, однако дело было замято после того, как последовало несколько звонков из Управления делами президента и Администрации президента. Но Скуратов приобщил этот факт к материалам нового расследования. В то время как маховик дела «Мабетекс» был запущен в Москве, в Лугано произошла еще одна история, сыгравшая ключевую роль в деле «Мабетекс».
