Они круглились и дышали под обтягивающим трикотажем тонких коричневых эластиковых брюк, подрагивая и гуляя при каждом шаге. И невольно Дрыглов, пошедший следом, как потерявший разум мальчик за гаммельнским крысоловом, повторял лицом каждое их движение. Необходимо было познакомиться.
Наташа со своими ягодицами шла в радостных размышлениях. Только что ее приняли на работу секретаршей. Выходить следовало в понедельник, а предстоящие выходные принадлежали ей. Это и отражалось в походке молодой, но зрелой двадцатишестилетней женщины.
«Зарплата хорошая, и начальник интеллигентный. Интересно, на какой день он станет приставать», — размышляла она.
«И талия тонкая. И ноги длинные. Интересно, какое у нее спереди лицо», — размышлял тем временем старый ловелас.
Он обогнал Наташу и обернулся. Но вместо чистого лица взор его привлекла большая упругая грудь, обтянутая тонким коричневым свитером. Наташа была блондинкой.
От волнения Дрыглов забыл все многочисленные приемы знакомства. Мысли его путались от неконтролируемого желания.
— Девушка, — спросил он неловко, — у вас закурить не найдется?
— Не курю, — отрезала Наташа и ускорила шаг.
— А который час?
— Мужчина! Не приставайте!
— Я понял, — грустно поник Дрыглов. — Вы не знакомитесь с мужчинами на улице.
— Вот видите — вы все поняли.
— Я понятливый. Видите — уже одно достоинство? Но — где же вы с ними знакомитесь?
— Там, где вы не бываете.
— Значит, это не в театре, не в филармонии и не в библиотеке, — перечислил он.
Интеллигентность немолодого, уже с проседью, но сухощавого мужчины заставила ее смягчиться. «А он немного похож на моего нового начальника», — подумала Наташа.
— Хорошо, — махнул он рукой. — Не надо знакомиться. Но можно мне проводить вас до того места, куда вы идете?
— Ну, идите, — пожала плечами Наташа. Она ускорила шаг, и груди ее заколыхались, как воздушные шарики в праздник.
— У вас каблук шатается, — заметил Дрыглов.
— Вы сапожник?
— Нет, — мягко сказал Дрыглов. — Я простой заместитель главного конструктора. Можно, я вас подвезу?
— У вас есть машина? — Она взглянула на него по-новому и почувствовала, что действительно устала на высоких каблуках.
Возле его машины она удивилась. На простом, хотя и чисто ухоженном «запорожце» виднелся инвалидский знак.
— Вы инвалид? — сочувственно спросила она. И стала вглядываться, какого органа не хватает у нового знакомого.
— Я уже привык, — ответил он горько и мужественно и распахнул перед ней дверцу. Стройные ноги Наташи с трудом поместились в удобный, но компактный автомобиль.
— Это трагическая история, зачем она вам, — сказал Дрыглов, руля по улицам и имея в виду свое увечье.
— Расскажите, не так уж я и тороплюсь, — мягко призналась Наташа и сочувственно положила руку ему на колено.
— Что это?! — изумленно воскликнула девушка, отдергивая руку.
— Это стоило мне всего счастья моей жизни, — печально и сурово ответил немолодой мужчина. И начал свой рассказ на ее невысказанный вопрос.
— В молодости я был матросом, — так начал он свою одиссею. — Романтика дальних странствий увлекла меня. Я вязал морские узлы в любой шторм, стоял вахты в бури и швартовал свой корабль в самых далеких портах.
И вот однажды мы приняли сигнал бедствия с иностранного судна. Капитан принял решение взять его на буксир. Но удар стихии разорвал буксировочный конец, и обрывок двухдюймового стального троса, лопнув как нитка, ударил меня и сбросил с палубы в бушующие волны.
Товарищи спустили шлюпку и спасли меня. Но удар пришелся мне, как бы вам сказать… ниже середины тела. Еще недавно я был полным сил мужчиной — и вот вместо всего страшный шрам.
Наташа ахнула и смахнула невольную слезу, упавшую ей на левую грудь, которая была ближе к Дрыглову. Он промокнул эту слезу правым локтем, оторвав его от руля.
— Я долго лечился, — продолжал он. — Девушек у меня, конечно, быть не могло. Год я от потрясения лечился в психо-неврологическом диспансере. А оттуда меня отправили в знаменитый Рижский институт травматологии и ортопедии. Вы знаете, что там делают?
— Бог миловал, — перевела дух Наташа, проникаясь сочувствием все больше.
— Вообще там исправляют кривые и короткие ноги, — открыл Дрыглов и невольно покосился на Наташины ноги сквозь брюки.
— У меня прямые и длинные, — успокоила она.
— Но главное — там исправляют мужчинам мужские половые члены.
Наташа покраснела от ассоциаций, а Дрыглов побледнел от воспоминаний.
— Многие семьи распадаются, когда мужчина не удовлетворяет жену в постели, — поделился он.
— Нельзя манкировать супружескими обязанностями, — защитила жен Наташа. — У женщин от этого бывают неврозы, а от них — все болезни. Посмотрите на любую цветущую здоровую женщину. Значит, у нее здоровый муж, а у мужа тоже все здоровое для исполнения супружеских обязанностей.
— У меня тоже было все здоровое для исполнения супружеских обязанностей, — защищался Дрыглов. — Пока стальным тросом не оторвало. Море, знаете — это вам не жена, оторвет — и не заметит.
