– Ни тебе палубных матросов для погрузки большой партии товара, ни тебе помощника капитана. На ночь мы будем приставать к берегу, и я буду отдыхать. В результате освободится еще одна каюта для детей. Тебе тоже придется сбросить лишний жирок: рассчитаем повара…
– О, Брентон, побойся Бога! Лучше уж я буду за грузчика или выучусь на помощника капитана. Мне надо научиться управлять судном на случай, если ты заболеешь. Я не боюсь тяжелой работы, я могу помочь тебе пришвартоваться, повернуть штурвал – ты сам говорил, что у меня это неплохо получается… – Огромные глаза просили, умоляли. Лицо у Дели было бледное: пятая по счету беременность, увы, не добавила ей свежести.
Он пожевал губами, глядя на нее поверх своего прямого носа.
– Ты недостаточно сильна для этого. И, кроме того, в твоем положении тебе скоро будет нельзя соскакивать на берег и вообще суетиться.
– Но это – в последний раз! Я не хочу больше оказаться в таком положении.
– М-да! Поглядим, что будет через шесть месяцев. Впрочем, тогда ты будешь занята с новорожденным. В любом случае диплом помощника тебе не помешает. Не знаю, была ли когда-нибудь зарегистрирована на реке женщина-шкипер, но я не вижу причин, мешающих тебе стать первой. Когда мы выйдем в плавание, я начну обучать тебя. А ну, скажи, какая самая большая глубина отмечена на отрезке фарватера между Кримас-Рокс и Уилканнией?
Дели смешалась.
– Но ведь это на Дарлинге, а я ее почти не знаю.
– Ты не знаешь очень многих вещей. На экзамене надо быть готовой ответить на любой вопрос, по любой реке. Позднее я составлю для тебя карту. Бен, я думаю, согласится тебе помогать.
Брентон стоял у штурвала, а Дели, уложив ребенка, встала рядом с мужем, который начал объяснять ей особенности фарватера. Однако урок был скоро прерван: их нагоняла «Южная Австралия». Некоторое время спустя более мощное судно обошло их под насмешливые крики механика и кочегара да издевательские гудки.
Тедди Эдвардсу будто показали красную тряпку. Он стиснул зубы, на его скулах заиграли желваки. Его загорелое лицо стало багровым, как свекла. Дели испугалась, что сейчас его хватит удар, и он упадет в беспамятство к ее ногам.
– Какая в том беда, что они нас обогнали? – вскричала она. – Мы же не на соревнованиях.
«Филадельфия» была уже приспособлена под плавучую лавку и курсировала выше Моргана, заходя в поселки, выросшие на поливных землях, такие как Уайкери, Берри, Собдогла и Локстон. Поле деятельности для одной плавучей лавки было более чем достаточным, отдаленные хозяйства и фермы понемногу вставали на ноги, что способствовало торговле. Но Тедди и его спятивший с ума механик никак не могли угомониться. Единственное, от чего отказался Брентон после несчастного случая, это купания на ходу корабля.
Он открыл дроссель на всю ширину, и вытяжная труба завыла и загудела со страшной силой. Чарли, не нуждавшийся в дополнительных распоряжениях, встал у топки, чтобы затолкать в нее неприкосновенный запас лучших, сухих как трут, дров и закрыть предохранительный клапан, доведя давление до восьмидесяти атмосфер.
– «Южная Австралия» тянет две груженые баржи, – сказал Брентон. Голос его дрожал от возбуждения. – А мы, идя налегке, позволили им обойти нас, как маленьких! – Он грубо выругался.
Они обогнули мыс и начали настигать соперника. На длинном широком плесе хозяйничал резкий ветер, усиливающий сопротивление встречного течения. Скорость неповоротливой «Южной Австралии» и буксируемых ею барж сразу снизилась, и «Филадельфия» без труда обошла караван. Прежде чем оставить его в кильватере, Брентон позволил себе вызывающий жест, сделав вокруг него «круг почета».
Добившись своего, он торжествующе оглянулся на жену и, к немалому своему удивлению, увидел, что она взбешена.
– Обошли их как маленьких! – хвастливо сказал он и бросил на жену довольный взгляд. Он всегда стоял слева от большого колеса, тогда как она сидела на высоком табурете, поставленном рядом. Когда требовалась ее помощь на крутых поворотах, она соскакивала с табурета и бралась за ручки штурвала с противоположной стороны, выказывая при этом незаурядную сноровку и силу.
Теперь она спрыгнула со стула, пересекла помещение рубки и встала по другую сторону колеса, посмотрела на него в упор.
– Когда только ты образумишься! Устраивать гонки ради гонок! Если обо мне не думаешь, подумай хотя бы о детях! Забыл, что сталось с «Провидением»?
Он сердито поджал губы и нахмурился, нетерпеливо дернув головой.
– Я ничего не забыл! Но когда это случилось, «Провидение» никого не обгоняло: просто был неисправен котел.
– Пусть так, но все равно это небезопасно. Ты знаешь, как манипулирует Чарли с клапаном и поощряешь его. У тебя нет никакого чувства ответственности.
– Замолчи!
Они пересекали в эту минуту широкий плес. Справа были желтые ноздреватые скалы, слева – лагуна, окаймленная камышами. Дели знала, что поступает неразумно, но не могла остановиться. Слова падали помимо ее воли: