— Нет, я идиотка, и ты такая же, как я! Ты тоже идиотка, возомнившая о себе неизвестно что, — прошипела Салли, не мигая глядя на Филадельфию, и быстро поднялась из кресла.
— Я сейчас вызову машину, ты успеешь к вечернему поезду.
— Не надо мне ничего вызывать, соберу вещи и пешком уйду.
— Как хочешь, но я все-таки вызову тебе такси, или, может быть, «роллс-ройс»? — усмехнулся Берт.
Салли, подойдя к двери, подняла ключ и, открыв замок, сказала:
— Можно такси…
— Значит, мы обо всем договорились, я могу быть уверен?
— Да, — тихо сказала Салли и опустила голову.
Она уже собиралась выйти из номера, но Берт вновь остановил ее вопросом:
— Да, кстати, а как казино, выиграла или проиграла? — с улыбкой спросил Берт.
— Проиграла, — прошипела Салли. — Нет, выиграла, и очень крупно!..
Она выскочила из номера и с силой хлопнула дверью.
Только сейчас Дели заметила, что руки у нее дрожат, а дыхание судорожное и прерывистое. Она глубоко вздохнула и попыталась успокоиться.
Берт улыбнулся ей и, подмигнув, сказал:
— Все в порядке, она сейчас уезжает.
— Как ты ее уговорил? Что ты ей сказал?
— Это мой секрет.
— Ты купил ее?
— Неважно. — Он притянул Дели к себе и быстро поцеловал в губы. — Все, сейчас уходи, я должен проводить ее. До завтра.
Дели улыбнулась и, проведя пальцами по его обнаженной груди, сняла прилипший на животе маленький белый лепесток и бросила его на пол:
— До завтра…
Дели вышла из комнаты и быстро прошла в свой номер.
Максимилиана в номере вновь не оказалось. У нее возникло тревожное чувство: что, если Салли сейчас с ним и рассказывает обо всем; но, чуть подумав, Дели отбросила эту мысль. Уж слишком твердо и уверенно Салли сказала, что согласна на его предложение.
Дели не стала терять времени, она забежала в ванную комнату и, раздевшись, прыгнула в бассейн с соленой водой. Она чуть-чуть полежала на воде, глядя, как на поверхности воды покачиваются маленькие желтые лепестки от нарциссов, потом приняла душ.
Максимилиана не было довольно долго. Тревога Дели все усиливалась, но когда он вошел в номер, веселый, со светящимися глазами, Дели мгновенно успокоилась. По всей видимости, он ничего не знал.
— Сейчас к нам зайдет Берт, представляешь, Дели, эта Салли срочно уехала на вокзал, он ее провожал, только что вернулся, я его встретил на лестнице.
— Уехала? Они что, поссорились?
— Не знаю, — пожал плечами Максимилиан. — Вот бы еще и он уехал, вообще было бы прекрасно, — сказал он, и Дели почувствовала, что его взгляд, остановившийся на ней, какой-то задумчивый и тяжелый.
— Да, я была бы не против, — сказала Дели. — Пусть хоть завтра уезжает, страшно надоело позировать. Видимо, я не гожусь для прижизненного памятника. А что доктор?
— Ничего интересного, то же самое, — вздохнул Максимилиан и добавил: — Хотя есть и некоторые новости…
— Что же ты не говоришь? Надеюсь, хорошие? — Дели подошла к нему и, положив руки ему на грудь, легко погладила то место, где находилось его больное сердце.
— Незачем говорить, потому что новости не слишком радостные, — вздохнул он.
— Макс, ну как зачем, я должна все знать о твоем здоровье.
— И я тоже, — сказал он как-то холодно и отрешенно, его серые глаза, прищурившись, на секунду застыли на переносице Дели, потом он быстро заморгал и поцеловал ее в губы.
Дели постучала его ладошкой по плечу и прошептала:
— Через две недели.
— Ты опять принимала душ?
— Да, мы ведь приехали купаться и отдыхать. Я готова хоть каждый час прыгать в нашу роскошную ванну с соленой водой. Мне она даже больше нравится, чем открытый океан.
В дверь тихонько постучали.
— Открыто, Берт! — крикнул Максимилиан.
— Представляете, я ее сейчас посадил на поезд, который уже мчит ее в Мельбурн. Увы, дела, вызывают в театр, наконец-то поручили главную роль.
— Ведьмы? — улыбнулась Дели.
— Даже не знаю какую. Так что мой отдых несколько опечален. Единственное утешение остается — это закончить бюст Филадельфии. — Он улыбнулся и развел руками.
— Надо бы посмотреть, что вы там сделали. А долго еще осталось? — спросил Максимилиан.
— Нет, можно управиться за два-три сеанса. Но теперь вместо Салли будет Максимилиан сидеть в соседней комнате, вязать или читать книжку, — усмехнулся Берт.
— Увольте-увольте, — поднял руки Максимилиан.
— Ну так что, мы идем обедать? Я ужасно проголодался. А потом, если хотите, можем снова прогуляться по берегу, — предложил Берт.
— Нет, по берегу вряд ли, — грустно улыбнулся Максимилиан. — А вот обедать охотно.
— Да, я тоже голодна, — сказала Дели.
— Ну тогда встретимся внизу, в ресторане, — сказал Берт и вышел из номера.
— Макс, ты не будешь смокинг надевать?
— Нет, конечно.
— Тогда я тоже, может быть, не стану надевать вечернее платье. Я думаю, ничего страшного?
— Конечно, ничего страшного. Извини, но я вообще не замечаю, во что ты одета, — улыбнулся Максимилиан.
Дели переоделась в темно-синее платье, которое отдаленно напоминало вечернее, и, заколов волосы деревянной заколкой, немного подождала Максимилиана, когда он причесывался перед зеркалом, и они отправились вниз, в ресторан.
