— Есть! Сканеры действительно фиксируют появление новых объектов. Джи-сигнатура сходна с типичной для некрупных растений типа кустов, спектральный анализ показывает, что на девяносто два процента объект состоит из кремния, почти всё остальное — углерод и кислород в составе органики и…почти все менделеевские элементы, исключая самые тяжёлые. Даже присутствует водяной пар — доли процента, но всё же…для Торги это невероятно.
— Кремнийорганические кристаллы?
— Скорее, что-то растительное. Я бы сказала, больше похоже на водоросль вроде огромной диатомеи…или лишайники?
— Или на огромные кораллы, да. Но здесь нужны метабиологи. А мы с тобой можем лишь гадать, что это за чудо такое: кристалл, водоросль, коралл?
— Ага! И откуда взялось…
— Это-то мы видели: Тедрик вытащил. Про остальное, мне кажется, лучше не спрашивать. Да и вообще…давай-ка нашей властью всю эту информацию скроем от остальных!
— Так "Одиссей" на низкой орбите…
— Вахта следит за пространством, не за планетой. Мгона? О! Он не болтлив — профессиональная черта, да!
— Население форпоста?
— Так некому наблюдать за пустыней — все заняты делом! Киквете…подключим. Да и она под плотным присмотром Мгоны, хи-хи!
— Пошляк!
— Ничего подобного, — замотал головой Олаф, — просто стараюсь рационально смотреть на все странности мира, ага.
— Но ведь это… — Селена кивнула на разрастающийся Вельд — …скрыть невозможно.
— Подумаешь! После песчаной бури вылезла местная жизнь. Странная, да. Но в самом факте — ничего необычного: и на Колыбели после дождя пустыня покрывается зелёным ковром. Здесь же вообще другой мир. Нет, Сель, необходимо скрывать то, как всё это появилось, а не эти…
— …кусты?
— Точно! Их странность на планете, удалённой от Колыбели на сотню листов, выглядит абсолютно нормально. А вот странности Тедрика лучше бы скрыть. От греха, знаешь ли.
— Достаточно, мой трудолюбивый ученик, — запылённые скутеры мирно пристроены на краю полянки, окружённой звенящими на грани слышимости кустиками тка. — Пора отдохнуть, чаю выпить! Дай-ка парочку листиков из твоего сбора.
— Вот, Учитель, — Тедрик протянул мешочек, почти заполненный полупрозрачными листиками тка, и обессилено опустился на тёплый — даже горячий — песок. Странно: пустяковое занятие вымотало его так, как будто он несколько часов упражнялся с гирями или штангой, увешанной тяжёлыми "блинами".
Полуденный свет, проходя через веточки тка, создавал завораживающие переливы света на песке, словно кто-то уронил с небес радугу. От мерцания красок немного кружилась голова, и Тедрик поспешил перевести взгляд вверх, в медовое небо, а затем его внимание привлёк Цао, неторопливо вынимающий из багажного отделения скутера пузатый чайник, пару маленьких чашечек и термос-флягу с активным подогревом от унипрэна.
— На такой объём, — поучительно проворчал Цао, заливая в заварник кипяток, — не более двух листиков из этого сбора…а теперь на несколько минуток поставим чайничек в тёплый песок, согретый дивным светом местного светила — и чай, хе-хе, готов!
Цао потёр маленькие ладошки, а глаза его, как только взгляд остановился на напряжённо ждущем обещанной порции ученике, озорно заблестели.
— Нетерпелив ты ещё, хе-хе. Расслабься! Сядь прямо, слегка прикрой глаза…и прекрати проговаривать про себя свои мысли словами! Что за дурная привычка!
Старик-ханец без всякой спешки принёс от скутеров маленький чёрный лакированный столик, — просто доску поверх квадратных брусков толщиной сантиметра два, — и три красных платочка с затейливым орнаментом — один большой и два поменьше. Тот, что побольше, Цао сложил углом вдвое, положил поверх столика и аккуратно поставил на него чайничек…
Чёткие уверенные движения завораживали не хуже, чем радужные переливы цвета от обступивших полянку кустиков тка. Тедрик встряхнул головой, чтобы прогнать пытающуюся его задушить сладкую истому.
— Сосредоточься, мой рассеянный ученик. В тебе должно остаться лишь желание…намерение…узнать именно то, в чём ты нуждаешься более всего. Поверни чашечку на своей ладони, чтобы ручка легла под правую руку, вдохни аромат напитка, почувствуй его запах, дай ему проникнуть в тебя, пока не отзовётся твоё сердце. И тогда отпей треть из чашечки, не более! Три глотка — три сокровенных желания, хе-хе!
Тедрик принял на протянутые ладони сложенный вчетверо платочек с чашкой бесцветного, но странно искрящегося, напитка, и осторожно повернул хрупкую посудинку, располагая округлую ручку справа.
Медовый аромат…или запах летних цветов?
Что же необходимо узнать, а?..
О-о-о! Небо обрушилось на него, широко распахнулось, открывая окружающий маково-красный мрак. Будто полянка на вершине холма, покрытая затейливо разбросанными огненными цветами, на фоне которых даже нити молодой травы казались надменно-чёрными. Поверх цветочного узора — только протяни руку — сиял янтарный шар звезды с несколькими искорками планет вокруг.
