— Я прошу вас, коллега, — вмешался Грауф, — проявлять больше уважения к поистине вселенским религиям и церквам, их выражающим (одобрительный шум зала).
— Извините, — скромно поклонился Ким, — я действительно не хочу никого обидеть, а просто искренне объясняю отличия.
Ольгерд промолчал, принимая извинение.
— Во-вторых, — это прямо следует из первого, — с точки зрения тех, кто следует "восточному пути", всякое соглашение незримо подтверждается длинной чередой уважаемых предков обеих договаривающихся сторон, и потому не то, что нарушение, любое искажение заключённого договора для нас немыслимо. Такой поступок даже не позор, не предательство, — это практически отказ от самого фундамента нашего бытия. И потому все договоры с представителями "западной цивилизации" с нашей точки зрения выглядят, по меньшей мере, странными, безумными, бессмысленными из-за отсутствия гарантий, по-настоящему значимых для "восточного пути".
— Я признаю наличие такой проблемы. Отчасти она решена повсеместным использованием иусов. Хотя с исторической точки зрения вы, коллега, безусловно, правы, — кивнул профессор Грауф, — однако Запад, со своей стороны, нуждается в гарантиях более весомых, чем наличие длинной череды предков. Среди номинесов "западной культуры" есть множество семей с длинной и славной историей. Достаточно упомянуть Рокфолдов, Редшильдов, Гогенцоллернов, Габсбургов…
— …Извините, профессор Грауф, — мягко улыбнулся Ким, — но ваше возражение лишь подтверждает мои слова…
— …Пф-ф-ф! — Ольгерд возмущённо фыркнул. — Просто нам требуется в качестве гарантий договороспособности что-то материальное. Или хотя бы очевидная ссылка на известные движущие человека силы — на выгоду, удобство, наслаждение. На желание возвысится, наконец, быть впереди, быть лучше всех. Да, нам на Западе это понятно!
— Согласен, — вежливо заметил профессор Ким. — С точки зрения Запада дела обстоят именно так. Но что будет, если столь эфемерные понятия, как выгода, как удобство какого-то конкретного человека, а тем более владыки, претерпят серьёзные изменения?!
— Но, профессор, всегда же можно заключить новый договор, — победно развёл руки в стороны Грауф, как бы апеллируя ко всем зрителям (одобрительный шум в зале), — учитывающий новые реалии!
— Представители Запада обычно так и поступают, — парировал Ким, — если предыдущее соглашение стало для них неудобно, они с лёгкостью считают его несостоятельным. Так в чём же смысл подобных соглашений?
— Как в чём? — Грауф искренне изумился. — В выявленных ориентирах для нового договора, естественно…
— …Господа, господа! Хватит, остановитесь! Этот спор нескончаем…прошу, профессор Ким, вернёмся к различиям Запада и Востока. Наверное, есть и "в-третьих"?
— Спасибо, Инга! Да, есть и в-третьих. Это — различие между кланами. У последователей "восточного пути", клан — это большая семья, но семья именно в традиционном её понимании, а не как, — эти слова Анчжэн Ким произнёс с оттенком презрения, — "союз между мужчиной и женщиной с целью получения детей"…или, что ещё хуже, "для получения взаимного удовольствия"…
— О, я понял, что вы имели в виду, когда сказали, — с ноткой высокомерия отметил Грауф, — что Астурия ближе всех к "восточному пути" (смех в зале)! — Ким доброжелательно улыбнулся, посмотрев на оппонента как на подростка-несмышлёныша. — Но для чего ещё-то нужен союз мужчины и женщины (хохот в зале)?!! — Ольгерд удивлённо открыл глаза, а миз Дайм неожиданно покраснела.
— Для любви, конечно (одобрительный свист зрителей). Видите ли, если любовь для представителя "западной культуры" давно стала синонимом сексуальных отношений, и даже воспитание совместных детей ушло куда-то на второй план, то на Востоке отношение к ней совсем иное.
— Вот как, — заинтересовалась миз Дайм, — а нельзя ли поподробнее? Я думаю, нашим зрителям эта тема крайне интересна (выкрики: да, да!)!
— С удовольствием, Инга, — улыбнулся Анчжэн, — но сначала несколько примеров. У вас есть дети?
— Да, профессор, двое, — тепло отозвалась ведущая, — и старшей дочери уже семнадцать!
— Вот как? Удивительное тревожное время для взрослеющего ребёнка, миз. Вы не находите?
— "Тревоги-надежды лишь вкус нашей жизни"!
— "Забота прядёт её ткань!" О! Вы любите Торвальда Робинсона…
— Я нахожу его поэзию волнующе прекрасной, профессор, но какое это имеет отношение к нашей дискуссии?
— Прямое, миз Дайм. Когда дети взрослеют, им очень хочется взять на себя ответственность за кого-нибудь, чтобы почувствовать свою значимость, полезность, нужность. Естественная потребность, стимулирующая к приобретению навыков социализации. Вам знаком этот момент взросления?
— Конечно, профессор.
— И о чём, если не секрет, попросили ваши дочки?
— Что вы, Анчжэн, никакого секрета. Старшая мне сказала: "Мама, я хочу собачку. Давай заведём? Большую. Очень большую! Я буду заботиться о ней, кормить, гулять…"
— Интересно. А младшая, услышав это, попросила разрешения завести птичек, так (смех в зале)?
— Как вы догадались? Впрочем, о чём я, вы же специалист по социальной динамике…
