Все только начинается полностью

— Анна, — бросил господин Нестеер, указывая на лысого, — это специалист по бракоразводным процессам господин Кроп. Он будет отстаивать твои интересы.

Господин Кроп с испугом покосился на хозяина дома и вытер вспотевшую лысину. Значит, в этом мире тоже существовал закон, по которому Анне полагался адвокат, и ей «любезно» его предоставили. Впрочем, сама Аня при всем желании не смогла бы нанять и такого.

Она села напротив мужа, рядом с господином Кропом. От адвоката пахло потом и пивом.

— Господин Линс и его помощник достопочтенный Фироу, — муж представил двух других гостей. — Мейст Линс – мой адвокат. Вам слово, мейст Линс.

Солидный суховатый господин Линс представил пожелания своего клиента. От Анны требовалось покинуть особняк Нестееров и переехать в старинный коттедж, принадлежавший роду мужа. Мейст Нестеер будет ежемесячно выплачивать небольшую сумму на содержание отказной жены и ее ребенка.

Все личное общение между супругами прекращается. Госпожа Триеер, бывшая мистресс Нестеер, отказывается от фамилии мужа во избежание возможного недопонимания в обществе. Она обязуется поддерживать коттедж в хорошем состоянии, а ее бывший муж оставляет за собой право создавать особую комиссию и проводить в доме ежегодные проверки.

В случае возникновения жалоб госпожа Триеер может подать заявление главе Гнезда рода Нестееров. Глава обязан рассмотреть заявление отказной жены в течение полугода.

Госпожа Анна отныне принимает на себя все заботы по воспитанию сына, господина Триеера, неодаренного потомка мейста Нестеера. Гнездо также оставляет за собой право контролировать обучение и воспитание ребенка до достижения оным совершеннолетия. На основании результатов Гнездо вправе оставить Эйджена Триеера в Гнезде или отказать ему в признании членом семьи.

Перехватив выразительный взгляд Анны, господин Линс сухо сообщил:

— Вы сами подписали этот контракт в день бракосочетания с моим клиентом, мистресс. И в него входит один пункт… номер одиннадцать. Освежите память, прошу.

Анна взяла протянутый ей брачный договор. Одиннадцатый пункт. Супруга по взаимному соглашению обязуется обеспечить супруга наследником мужского пола и передать таковому обоюдный Магический Дар сторон. В случае нарушения данного пункта брак расторгается с сохранением позиций 1-20 настоящего договора.

Прочитав остальные пункты, Аня скрипнула зубами. Это какой дурой нужно быть, чтобы подписать такой рабский контракт!

Она сидела и внимательно изучала договор. Адвокаты поджимали губы, но терпели. Взгляд Нестеера приобретал все большее сходство с взором свирепого пса. Он, несомненно, заметил, что жена не замазала синяк. Анну ждали большие разборки. Но она подготовилась.

Она искала, к чему придраться. Любую мелось, которая позволила бы ей что-нибудь выторговать.

— Здесь не указан размер суммы алиментов, — сказала она.

— Не алиментов, — злорадно уточнил Эйфред Нестеер, — а выделяемого содержания. Решение о его размерах будет приниматься мной каждый месяц. Начнем с тридцати василисков. А там посмотрим.

— В каком состоянии коттедж?

— В очень приличном, — встрял господин Линс. — Дом нуждается в косметическом ремонте. Там давно никто не жил.

— Если там давно никто не жил, — Анна старалась говорить тоном, не терпящим возражений, но ее даже слушали, словно из милости, — он не может нуждаться лишь в поверхностном обновлении. Я могу прямо сейчас подать жалобу в ваше… гнездо. Потребовать комиссию и… я напишу в Главный Совет.

— Обнаглевшая девка, — зашипел Эйфред, но адвокат недовольно покачал головой, и Нестеер замолк, выразительно пыхтя.

— Мне кажется… — заикаясь, проговорил господин Кроп, — требования моей клиентки… вполне обоснованы и законны.

— Что ж, — Линс обменялся взглядами с Нестеером, и последний нехотя кивнул. — Мой клиент повысит сумму содержания до… до пятидесяти василисков в месяц. Это финальное предложение. И позвольте заметить, мой клиент проявляет беспрецедентную щедрость. Мы все должны понимать, как долго, и не всегда с положительным результатом, Гнезда рассматривают претензии отказных жен.

Вспомнив цены в витринах магазинов, Аня помрачнела. Она уже пыталась привязать их к евро и доллару и вспомнить все свои посты на тему стоимости еды и услуг в разных странах. Тридцать василисков – это чуть больше минимального пособия по безработице в Европе. Можно выжить, но в режиме максимальной экономии.

Аня лихорадочно перечитывала договор. Так, что-то есть.

— А каков срок, в течение которого я могу оставаться в доме мужа?

— Бывшего му… — начал Эйфред.

— Помолчи, пожалуйста, — негромко попросила Анна, еле сдерживаясь, чтобы не огреть ухмыляющегося Нестеера чем-нибудь тяжелым. — Сохрани хотя бы остатки достоинства. Тебе плевать на собственного ребенка. Думаешь, это делает тебе комплимент?