– Война шла уже год, когда моего старшего брата мобилизовали. А через два месяца мама попала под обстрел и погибла. Я осталась с отчимом, который… не совсем по-отечески ко мне относился, понимаешь?
– Какой мерзавец, – Штефан нахмурился. – Он ведь ничего с тобой не сделал?
– Нет… Не успел, я пошла в армию добровольцем. Служила в тыловой части два года.
– А кто был в ней командиром? Интересно, я его знал? – Виктор заинтересованно потер подбородок.
– Генерал Лиан Бергман, – ответила Анна. Она мысленно поблагодарила сама себя за то, что накануне операции досконально изучила биографию Эммы Линнегор.
– Бергман… – протянул Штефан. – Как же, знал его. Отличный был парень. И каково тебе было в его части?
– Учитывая, что почти всё обеспечение шло на передовые позиции… Мы неделями жили на полигоне в холодных палатках, питаясь сухпайками. Я подхватила простуду, которая не проходила несколько месяцев. Пока меня не увезли в госпиталь прямо со стрельб. Обширное воспаление легких – это чудо, что я выжила. Два месяца была прикована к больничной койке, затем уехала домой.
– Да, нелегко тебе пришлось. Но разве такая тяжелая болезнь не дала никаких последствий? Сейчас ты выглядишь вполне здоровой.
– Конечно, последствия были. Остались рубцы в легких, и первое время я не могла и пяти метров пройти без одышки. Но затем я начала тренироваться, и стало намного лучше. Сейчас, как видишь, мне под силу серьезные физические нагрузки. Только я стараюсь не находиться долго в холоде и сырости. Не всегда это получается…
– Да уж… Наверное, нужно попросить Клару выдать тебе форму потеплее, – улыбнулся Виктор.
– Не нужно. Зима теплая в этом году, – Анна ответила ему улыбкой, отпивая вина.
– И что же, ты вернулась к отчиму?
– Да. К тому времени дома уже был брат, после ранения и с серьезно съехавшей крышей. Отчим пил… Они часто пили вдвоем, и почти всегда это заканчивалось дракой. В общем… Историю моего появления здесь ты знаешь.
– Что ж, земля пухом твоей родне, – Штефан вздохнул и поднес бокал к губам.
После небольшой паузы Анна сказала:
– Я тоже хочу больше узнать о тебе, Виктор.
Тот на время обратил всё внимание на закуски и будничным тоном спросил, не поднимая взгляда на Анну:
– И что именно тебя интересует?
– О тебе рассказывали не самые хорошие вещи, – произнесла Анна, чувствуя, что словам становится всё труднее выходить из горла, но вряд ли причиной тому было вино.
– Ну, конечно, – с иронией протянул Виктор. – Что еще обо мне могли рассказать?
– Так это правда? Ты избивал своих подчиненных?
– Я в них даже стрелял, – на этот раз усмешка Штефана походила на оскал. – Знаешь ли, Эмма, не все люди достойны жить, – он, наконец, посмотрел ей в глаза. – Пусть эти слова тебя не пугают. Дело в том, что предатель – а все они были предателями – опаснее врага. Они втираются к тебе в доверие и тихо разрушают изнутри, как коварная болезнь. И обнаруживаешь ты это слишком поздно, когда враг стал сильнее, а ты слабее. Из-за кучки мерзких шпионов я попал под военный трибунал. Я до сих пор должен был бы сидеть за решеткой, но… Судьи ценят деньги гораздо больше, чем закон. И это лишь еще раз доказывает, что достойных людей крайне мало.
На несколько мгновений настала тишина, и Анне казалось, что в ней можно расслышать яростный стук ее сердца. Во рту пересохло, и даже самый вкусный кусок уже не лез в рот. Ей пришлось запить вином ломтик бекона, чтобы, наконец, его проглотить.
– Эмма… – нарушил молчание Виктор. – Скажи мне, почему ты была на вражеской территории без моего ведома?
Анна старалась, чтобы ее голос не выдал внутренней дрожи:
– Я принесла оттуда лекарства. Ты умирал, – она взглянула Виктору в глаза. – Знаю, что это против твоих принципов. Но я очень не хотела тебя потерять.
Она вновь опустила взгляд на последние алые капли в опустошенном бокале. Вдруг Виктор коснулся ее напряженной руки, лежащей на скатерти, и в следующий миг переплел свои пальцы с ее. Анна неосознанно сделала движение навстречу, но уже через секунду одернула руку.
– Что с тобой? – голос Виктора звучал непривычно мягко.
– Всё в порядке, – прижимая ладонь к груди, выдохнула Анна сквозь спазм, который внезапно сдавил горло.
– Уже поздно. Ты, наверное, устала.
– Да, я, пожалуй, пойду к себе, – Анна чуть виновато улыбнулась и встала. – Спасибо за ужин.
– Рад был провести время с тобой. До завтра, Эмма.
Анна быстрым шагом дошла до своей спальни. Она заперла дверь изнутри и прислонилась к ней спиной, закрыв глаза. Пульс стучал в висках, руки дрожали, лицо пылало. Этот ужин стоил ей миллиона нервных клеток, хоть и прошел, вроде бы, удачно. Анна понимала, что играть на романтических чувствах – грязный, но все же действенный способ усыпить бдительность врага. Проблемой было то, что она не играла.
Комментарий к Глава 10. Все твои демоны
* Попытка в художественный перевод песни The Rasmus - Last Waltz.
========== Глава 11. Дань памяти ==========
Прошло два дня. С самого утра Штефан отправился в госпиталь снимать швы и перевязывать раны, поручив Анне проинспектировать передовые позиции.
