– Они в любом случае прорвутся, – задумчиво произнес Штефан, уставившись на лежащую на столе телеграмму.
– Вот именно. У Ревены электронные системы наведения, воздушная разведка беспилотными дронами, а у нас что? Чем яростнее мы будем отбиваться, тем больше будет жертв.
Виктор перевернул листок и начал что-то быстро писать на обратной стороне.
– Идите к связистам и передайте Хенрикссону, пусть окапываются.
– Лучшим решением для них будет сдаться в плен.
– …И сдаются в плен… – Штефан тяжело вздохнул и отдал листок Анне.
Отнеся записку в командный пункт, Анна вышла на улицу, чтобы пройтись по расположениям рот. Внезапно откуда-то со стороны границы донесся глухой раскат. Для первого весеннего грома было рановато. Затем послышался еще один и еще… Кроме Анны, к звукам прислушались несколько солдат, что курили около казармы неподалеку. Раскаты раздавались монотонно, один за другим, примерно через равные промежутки времени. Минуты через три они прекратились.
– Тринадцать штук легло, – произнес один из военных. – Интересно, чем это били?
– Мощное что-то, такого здесь еще слышно не было, – ответил его товарищ.
Анна понеслась обратно в штаб и спустилась в командный пункт.
– Был прорыв на западном участке?! – с порога бросила она.
– О прорыве не сообщали, – сказал связист.
– Вы слышали только что?.. – Анна неопределенно указала рукой в сторону выхода.
Юный белокурый парнишка снял наушники и ответил:
– А то, стены дрожали.
– Срочно свяжитесь со второй мотопехотной ротой, с их стороны канонада была.
Связист начал нажимать кнопки на древнем аппарате. Наконец, на том конце провода что-то неразборчиво ответили.
– Игрок, это Нарцисс. Что у вас там происходит?
– Ревена пустила в ход реактивную артиллерию, – с шипением отозвался динамик. – У нас все целы. Ракеты легли в поле. Пугают, понятное же дело. Чтобы не расслаблялись.
Анна оглянулась на дверь, которую она в спешке не закрыла. На пороге, скрестив руки на груди, стоял Штефан. Ничего не сказав, он сразу ушел.
***
Каждый день в Альгусе была слышна канонада. Ревена отстреливалась десятком-другим крупнокалиберных снарядов пару раз в сутки – раскатистый, тяжелый звук, идущий не столько по воздуху, сколько в толще земли, отдавался вибрацией стен. Иногда Ноленсия отвечала – и тогда в Альгусе были слышны сдвоенные, более четкие выстрелы орудий.
Порой канонада служила Анне утренним будильником. И в этот раз она проснулась на рассвете. Взрывы в паре десятков километров отлично бодрили, а вызываемое ими подспудное чувство тревоги не оставляло ни малейшего шанса сну.
Анна оделась, умылась и привычно пошла в кабинет Штефана. Тот уже был на рабочем месте и совсем не в духе.
– Оскар мёртв, – сходу произнес он вместо обычного приветствия.
Анна на секунду застыла у двери. Виктор продолжил:
– Его машина взорвалась в глубоком тылу. Это была ДРГ.
– Где это произошло? – спросила Анна. Впрочем, она догадывалась, где, ведь сама накануне передала Ревене информацию о маршрутах передвижения Хенрикссона.
– В километре от поселка Зора, на трассе. Туда уже отправляется комиссия, чтобы всё осмотреть. Вы тоже поедете и всё внесёте в протокол. Спускайтесь, сейчас подъедет машина.
– Есть, – сказала Анна и развернулась, чтобы идти, но тут же остановилась. – Полковник… В каких бы отношениях вы с ним ни были… Я соболезную.
Виктор на пару секунд поднял на нее взгляд.
– Будь осторожна, – тихо произнес он.
Анне до отчаяния хотелось напомнить об осторожности и ему, а лучше – попросить бежать, куда угодно, в горы, в бескрайние глухие леса, в пустынные степи. Она бы нашла его рано или поздно, где бы он ни был, и даже если нет – она бы по крайней мере знала, что он жив. Но честь офицера Ревены никогда бы не позволила ей такое своеволие. Что ждало их дальше? Гидра уже была наполовину обезглавлена, и ее конец приближался стремительно.
К месту гибели Хенрикссона прибыла бронемашина с несколькими офицерами и санитарный грузовик, предназначенный для перевозки наиболее «грязного» груза. Перед комиссией предстал развороченный и обгоревший штабной автомобиль, куски которого валялись в радиусе нескольких десятков метров. Внутри груды черного от копоти металла виднелись два обуглившихся тела: одно застыло на водительском сиденье, второе – на пассажирском.
Анна поморщилась при виде этой отвратной картины, но ей было велено запротоколировать всё происходящее. Она села на камень недалеко от взорванной машины, положила на колени папку с листами бумаги и принялась записывать.
Сначала солдаты запаковали тела в полиэтиленовые мешки и потащили в грузовик, затем офицеры начали осматривать автомобиль, а через несколько минут приказали его перевернуть.
– Взрывное устройство было закреплено на днище, – сказал глава комиссии майор Вундер, которого считали самым опытным специалистом по взрывчатке во всей Ноленсии. – Прямо вот здесь, под сиденьем, где находился полковник Хенрикссон. Повреждений от осколков не вижу. Скорее всего, безоболочное.
– Привели в действие дистанционно, как думаешь? – спросил его другой офицер.
