Разведка, которая только переживала свое становление, взяла на себя задачу исследовать отдаленные территории и, возможно, отыскать другие сообщества выживших. Дозорные машины разведчиков прочесывали километр за километром, и в итоге через несколько месяцев Тулаар вел переговоры с двумя крупными городами, где к тому моменту было хорошо развито местное самоуправление. Кауфман настаивал на налаживании тесных экономических связей, а также демаркации границ. Идея о создании новых государств взамен утраченных назрела сама собой.
Пока на западе от Тулаара вырисовывались цивилизованные страны, с восточной стороны происходило что-то неладное. Насколько было известно разведчикам, там на пару сотен километров простирались довольно густые леса, перемежающиеся дикой степью, а еще дальше возвышались горные хребты. В этой местности раньше не было крупных населенных пунктов. До войны там стояла небольшая воинская часть, и что было с ней сейчас – оставалось лишь догадываться. Когда разведрота попыталась продвинуться на восток по лесным просекам, она попала в засаду. В чаще поджидали десятка два людей в камуфляже, вооруженные автоматами. В тот день разведчиков спасли их бронированные машины. С тех пор на восточном направлении столь беспечных маршей не предпринималось.
Иногда на стратегические склады с продовольствием и боеприпасами в окрестностях Тулаара совершали набеги группы вооруженных неизвестных. Охрана всегда стреляла на поражение, завидев бандитов. При убитых ни разу не находили ни документов, ни каких-либо военных знаков различия. На первый взгляд налетчики производили впечатление обычного сброда, который, очевидно, проживал где-то в восточных лесах, но уж очень серьезно они были вооружены.
На укрепление восточных рубежей выдвигались подразделения пехоты и артиллерии, а тем временем Кауфман собрал на главной площади Тулаара всех горожан. Генерал и его ближайшие подчиненные стояли на постаменте у наполовину разбитого прямоугольного камня, который когда-то был обелиском в честь героев одной из прошлых войн. По обе стороны от постамента выстроились военные.
– Дорогие жители Тулаара… – начал Кауфман, и его голос разнесся над затихшей площадью, отражаясь от стен новых домов, что успели построить неподалеку. – Мы слишком долго находились в состоянии постапокалиптической раздробленности. Сейчас, как вы, наверное, знаете, обстановка вновь накаляется, поэтому мы должны быть сплочены, как никогда. Былые государственные границы стерлись. Теперь мы имеем крепкие связи с регионами, которые когда-то были другими странами… И в то же время часть территорий, которые когда-то были одной страной, потеряны. Мы должны сплотиться в новое государство, государство обновленного мира, который станет лучше, чем тот, который мы еще помним.
Площадь едва слышно загудела. Люди переглядывались, пожимали плечами и вновь поднимали глаза на генерала, который продолжал:
– Наши жизни разрушили ядерные бомбы… Многие из вас потеряли всё. Но наши потомки не будут помнить ужасов войны. Они запомнят подвиг каждого из нас – тех, кто смогли возродить наши города из пепла.
В толпе раздались первые несмелые аплодисменты, которые всё нарастали, и несколько минут площадь скандировала овации. Когда всё стихло, Кауфман снова заговорил:
– Рядом со мной стоят люди, которые после бомбардировок первыми проявили общественную активность и по сей день помогают мне руководить всеми сферами жизни на наших землях. Если никто не возражает, они станут членами временного правительства.
Первые ряды одобрительно закивали.
– Спасибо за доверие каждому из вас, – генерал на секунду склонил голову. – Мы долго совещались, какое название дать нашей стране, и решили: она будет называться Ревена. Мы вкладываем в это слово гордость за то, что мы выжили, и надежду, что мы отстроим всё разрушенное. Наша промышленность, наука, медицина, культура, армия станут такими, какими были до войны, затем станут лучше, а после мы продолжим их развивать.
Кауфман повернул голову вправо, где всё это время у флагштока стояли два солдата почетного караула в белых перчатках. Они вышли из стойки смирно, потянули за трос, и над площадью взмыл флаг Ревены – атласное полотнище из синей и красной полос, на фоне которого устремлялась ввысь белая фигура голубя.
Толпа ликующе загудела и разразилась аплодисментами, к которым подключились военные. Среди них, щурясь от бьющего в глаза солнца, сдержанно улыбалась командир взвода разведчиков, теперь уже лейтенант Анна Пековски.
***
В конференц-зал штаба сходились офицеры. Они рассаживались за огромным овальным столом, где напротив каждого места были расставлены маленькие пластиковые бутылки с водой. Анна расположилась рядом с командиром своей роты майором Холанном. Обычно на совещания высшего командного состава не приглашали командиров взводов, но сегодня был особый случай.
Последним в зал вошел Кауфман.
– Все собрались? Тогда начинаем… О, и карту уже принесли? Прекрасно, – сказал он, взглянув на стену, где висело одно из первых изображений новоявленной страны.
