– Дэнис Кочетоф, 1979 года рождения, девятого сентября. 36 лет. Всем говорит, что ему 40. Родился в Усть-Илимске, Россия, переехал с семьей в Канаду, потом усыновлен в США эмигрантами из России. Дальше? – Босс и я кивнули одновременно. Она продолжила: – Поступил в 19 лет в университет «Золотые Ворота», в Сан-Франциско, факультет «Налогообложение», переехал в кампус из Рапид- Сити. Через год перевел документы в Калифорнийский университет в Беркли, факультет «Естественной Истории». Через год и девять месяцев снова перевелся. Теперь на факультет «Машины и оборудование» в университет Южной Флориды. Через полгода уехал в Австралию, Сиднейский Университет, «Психология видов и структурная пропедевтика». Всего год и вернулся обратно в Беркли, где и доучился до шестого выпускного курса, но за полгода до окончания завербовался в археологическую экспедицию в Перу и уехал. Даже не забрал документы. С семьей за последние десять лет виделся три раза. Один раз вынуждено, когда их дом сгорел от попадания молнии в 2007 году. Ну как?
Немного удивленный таким собранием фактов о моей жизни, я молчал.
– Дэнис, наверно, думает, зачем нам его досье, – проговорил, улыбаясь, Панкратос, прочитав мои мысли. Думаю, они были очень четко написаны на моем лице. – Понимаю твое удивление, но чья это папка, ты узнаешь немного позднее, а сейчас главный вопрос: всё это правда? Так?
– Абсолютная и безоговорочная правда, как она есть, – я смотрел на двух улыбающихся людей напротив, и во мне поднималась легкая волна паники от непонимания. – Что снова происходит? Всё написанное – правда, и что?
– Ничего, просто многое становится понятным, твои метания и поиски, жизнь археолога и вечные поездки, – Кина не выпускала папку из рук. – Тут написано, что ты практически без пауз и отдыха участвовал в 54 работах по поиску, в экспедициях и в научных описаниях. И это все за 9 лет.
– Не буду спорить, всё так.
– Так вот, теперь понятно, что именно ты стал тем, кому дано видеть и найти. Ты еще не понял этого? – теперь уже Панкратос задал свой вопрос. – Ты ведь всегда в поиске.
– Но что именно найти? – я был крайне удивлен всем происходящим и не понимал, куда клонят мои визави. – Всё происходящее со мной я больше оцениваю, как случайность.
– Конечно, как случайность. Вспомни сам: таблица Менделеева – случайность; сила притяжения через падение яблока – случайность; побочное действие Виагры, которое стало со временем основным, тоже случайность. И сколько еще примеров привести, чтобы перестать верить в это слово? – Кина явно забавлялась моим непониманием.
– Дэнис, ты ведь нам не всё рассказал. Есть еще истории, которые пока ты нам не доверяешь. И правильно делаешь. Подойди к зеркалу, – Тилманидис неожиданно сменил тему.
– Что???
– Подойди к зеркалу и расстегни рубашку.
Я встал, подошел к небольшому зеркалу на двери ванной комнаты и расстегнул верхние четыре пуговицы.
– Готово.
– Разведи в стороны, – Панкратос медленно подошел ко мне. Я раздвинул полы.
– Не видишь ожоги и шрамы?
– Нет, не вижу.
– А что еще не видишь?
– Я не понима… – начал было говорить я, но мой старый друг протянул свою руку ко мне, и я увидел знакомую цепочку с медальоном, которую он мне уже вручал.
– Тебе же было сказано – не снимай никогда.
– Но я и не снимал, как она… Как он у тебя… – внезапная догадка вышибла из меня пот. – Алекс? Это Алекс?
– Да, он всё нам рассказал. Садись обратно.
Я взял медальон и быстро одел его на шею. После горячих рук Тилманидиса казалось, что он обжигает меня. Налив себе большой стакан воды, я сел в кресло. Событий для утра было чересчур много.
– Отдай ему папку.
Кина протянула мне папку через стол. Я взял ее и открыл. Первое, что я увидел, было несколько моих фотографий во всех возможных ракурсах. Сделаны они тоже были за несколько последних лет. Дальше шли тексты и справки, тоже обо мне. На русском языке. Я пролистал всё до конца: все листы, за исключением копий документов, в основном моих, были на русском.
– Ты что, говоришь по-русски? – спросил я у Кины. Она улыбнулась, отрицательно покачала головой и показала мне листок с выписанными фактами моей биографии. – Откуда все это?
– Это тоже Алекс, – Панкратос явно был огорчен. – Это мы нашли у него, когда он приехал. Задолго до твоего приезда сюда. Вчера он всё рассказал. Не мог не рассказать после всего того, что он видел с тобой, и за ту плату, что я ему предложил.
– Плату?
– Он взял двести тысяч долларов и еще вчера уехал обратно, в Россию.
– Он кто? – меня стали только теперь беспокоить его странные навыки и возможности. – Почему он собирал на меня досье?
