— Спасибо… — улыбается он. — Думаю, ты права… Не стоит ворошить прошлое, которое ты даже не помнишь…
Девушка согласно кивает.
— Я думаю твоя мать бы гордилась тобой. И твоей книгой, и твоим… выбором, — Симура многозначительно показывает в сторону входной двери, намекая на того, кто стоит за ней. Микаса прикусывает губу.
— Ты как будто стесняешься его, — серьезно замечает старик.
— Я? — удивляется девушка. — Нет… я не стесняюсь.
— Такого человека нельзя стесняться. Такого надо беречь.
— Да… я берегу.
— А он тебя?
— А он бережёт меня так, как никто никогда не берёг.
— Даже твои родители… — ухмыляется Симура.
Микаса смеётся.
— Кстати, — переводит тему Симура. — Расскажи мне о твоих приемных родителях. Кто они?
Девушка широко улыбается, понимая, что этот разговор будет довольно долгим…
***
— Ты что вообще не двигался с того момента, как я ушла? — спрашивает Микаса. Леви удивлённо выгибает бровь:
— В смысле?
— Ты как стоял, так и стоишь.
— В отличие от некоторых я могу постоять какое-то время в одной позе, — хмыкает Аккерман. — У меня нет шила в одном месте.
Девушка натянуто улыбается.
— Как всё прошло? — меняет тему Леви. Микаса тяжело вздыхает и отводит взгляд, задумавшись. Аккерман напряжённо смотрит ей в глаза. Худшее, чего он опасался, это того, что Микаса выйдет из дома вся в слезах. Или вообще не выйдет. Но на её лице лишь лёгкая дымка задумчивости, больше ничего. Ничего не изменилось. Неужели она так ничего нового и не узнала…
— Ладно, расскажешь потом, — Леви открывает дверь, жестом приглашая её в машину. Девушка растерянно обводит его взглядом. Она хочет что-то сказать и её рот открывается, но в глазах пробегает сомнение и Микаса замирает.
Вот оно… то чего он боялся…
Она что-то сдерживает в себе.
— Я… не хочу домой, — тихо признается Микаса.
— Хорошо, поехали в парк. Он здесь недалеко, — говорит Леви.
— Сейчас? — удивляется девушка.
— Ну да, — отзывается мужчина, недоуменно поворачиваясь к ней. Но, как только его взгляд пересекается с её, он понимает, чем вызван этот странный вопрос.
Показаться в парке в такое время вместе?
Пусть даже сейчас начинает смеркаться, и к моменту, когда они приедут туда, уже будет немного темнее.
Она никогда не хотела, чтобы о них кто-то узнал. А за этот месяц её книга приобрела ещё больший успех, следовательно, количество её фанатов всё растёт. А о нём знают уже несколько лет, и не то, чтобы ему так нравится встречать фанатов на улице.
Поэтому он и сам любит гулять в более вечернее время, часов в восемь, девять, когда сумерки скрывают лица прохожих, и свет больше не выдаёт его. Сейчас же от силы семь вечера.
Удивительно, что в тот самый миг, когда он предлагал это ей, он совсем не задумывался о том, какие последствия могут быть у этой прогулки…
Но на лице Микасы вдруг расцветает теплая улыбка.
— Поехали туда, — и она тут же садиться в машину, не дав ему даже опомниться. Аккерман неспешно садиться вслед за ней:
— Уверена?
— А почему нет?
— Нас могут заметить.
Микаса молча поворачивается к нему.
— Ты ведь всегда этого боялась.
Девушка тяжело вздыхает.
Что-то в ней поменялось… Что-то, что он не уловил сначала. Она словно повзрослела на несколько лет … За один час.
— А ты? — спрашивает она.
— Что я?
— Ты боишься, что о нас могут пойти слухи?
Леви задумчиво смотрит ей в глаза:
— Счастье любит тишину.
— Ты не хочешь даже с фанатами контактировать, — улыбается Микаса.
— Но с тобой как-то легче, — протягивает Леви. Девушка широко улыбается.
— Тогда поехали. Я по пути расскажу, — с этими словами она застёгивает ремень безопасности и с готовностью откидывается на спинку кресла.
— Этот старик тебя что, подменил что ли? — усмехается Аккерман.
— Может быть… — вкрадчиво произносит Микаса.
***
Нет… не подменил. Просто открыл ей глаза. Просто пробудил призраков прошлого. Просто показал ей настоящую её, настоящую жизнь, которую она чуть было не упустила.
Эти несколько дней…
Как много они показали ей. Показали то, что её жизнь не вечна, как и жизнь её близких людей, и тратить время на сомнения – глупо. И ненавидеть жизнь за то, что она обделила тебя чем-то тоже. Микаса греет руки о теплый кофе в стакане и оборачивается на Леви, стоявшего около ларька.
«Такого человека не надо стесняться… такого надо беречь…».
Потому что никто никогда не знает, что может произойти. Никто не может предсказать будущее…
Люди, которые ждут подходящего момента, чтобы быть счастливыми, всегда несчастны. История любви её родителей была прекрасна. Да, её конец был печальным, но это никогда не испортит прекрасную историю. И доказательство этому – книги. Ведь, какой бы душераздирающей не была смерть Патриции Хольман, мы всё равно влюблены в ту короткую сказку, в которой оказался главный герой. Какой бы странной и недолгой не была любовь Ромео и Джульетты, люди всё равно обращаются к ним, когда им необходимо описать то самое идеальное, бурное чувство…
