— Знал, — Пчёла легко отреагировал на столь непростой вопрос. Он был готов к признанию. — У Саши Белого армейский дружок работал с ним, соответственно, мы тоже с ним пересекались. Когда я узнал твою фамилию, я не поверил, решил удостовериться. А потом знакомство, и я всё понял. Понимаешь, как получается: я не хотел стать причиной твоего разочарования в отце. Ты так доказывала, что он добрый и порядочный, я не смог сообщить тебе об обратном. Ты бы не поверила.
— Ты прав. Я поэтому не сержусь на тебя, — Юля подошла к Пчёле и чмокнула его в щеку.
— Вить, включай «ОРТ» вечером, — сообщила Юля через два дня. Она позвонила прямо с работы, во время короткого обеденного перерыва.
— Уже готово? — Пчёлкин кормил Барсика. Тот очень привязался к Пчёле, тёрся об его ноги, мурлыкал, а когда Пчёла уезжал к Белому, то Барсик огорчённо мяукал.
— Да, — Юля не хотела отвечать более развёрнуто. Чем ближе было девять вечера, тем сильнее подступало неизвестное будущее.
— Ты справишься, солнышко. Я с тобой, слышишь меня? — Витя приложил трубку к Барсику и тот что-то муркнул. Юля поняла, как сильно соскучилась по своему пушистому ребёнку…
— Перевожу с кошачьего, — Пчёла вновь взял телефон. — Моя дорогая хозяйка, ты у меня лучше всех!
— Да ты полиглот, Пчёлкин, — Щёки Юли загорелись румянцем.
— Сомневаешься в моих талантах?
— Скромности б тебе больше, Вить, было бы идеально, — Юля улыбалась с каждой фразой всё шире.
— Пока, засранка! — Пчёлкин завершил разговор, почёсывая котика за ушком. После Юлии с Пчёлкиным решил связаться Белый.
— Репортаж в девять, — Пчёлкин предугадывал цель звонка, потому что накануне они обсуждали диверсию Фроловой. Белый был оптимистично настроен и гарантировал поддержку со своей стороны. Пчёлкин, в привычной манере, орал, бесился и беспокоился.
— Хорошо, я сообщу остальным. Не кисни! — Белый набирал друзей, а Пчёла отсчитывал часы до выпуска «Времени», который нёс в себе перемены в их жизнях. Вот только непонятно, какими они будут: хорошими или плохими.
Юле несколько раз звонил Орёл, но она не отвечала. Если что, спишет всё на упаднические настроения после похорон.
В 20:50 по московскому в дверь квартиры Пчёлкина постучали. Тот посмотрел в глазок и увидел лица друзей.
— А вы чего пришли?..
— Не рад? Мы репортаж смотреть будем, — Белый занял место в центре дивана. — Думал, мы вас кинем в такой момент?
Пчёла с благодарностью взглянул на «бригадиров». Он знал, что их дружба с годами крепчает, становится лучше, как хорошее вино. В трудную минуту они сплочались в одно целое и спасали друг друга из передряг. Сейчас Витя особенно хорошо ощущал своё единство с ребятами, но не успел его выразить словесно. Появилась знакомая заставка, телеведущая протараторила свою подводку (написанную Фроловой) и передала слово Юлии.
В квартиру влетела Юля, и она села к Вите на колени, благо его рост позволял видеть экранную картинку. Потом Юля всё же села рядом на табуретку, поймав грустный взгляд Космоса.
Юля сжала руку Вити, чтобы унять разбушевавшиеся нервы.
— Всё хорошо, — шепнул он, поглаживая по макушке.
Репортаж закончился. Юля не шевелилась, осознавая, что сейчас начнётся новая жизнь.
— Теперь ты не можешь покидать квартиру, — начал Пчёлкин диктовать условия. Юля вытаращила глаза.
— А как же работа? Меня уволят, если я не буду появляться до конца следствия!
— За это можешь не волноваться. Я выделю охранников, которые будут тебя сопровождать на работу. Больше такого косяка, как в тот вечер, когда Космос… — Холмогоров взором умолял Белого не припоминать случай, когда он потерял контроль над своими чувствами. — Ну короче, вы поняли, не будет. Макс уже получил выговор.
— Если так уж присрётся на улицу, Юль, то бери перцовый баллончик и пистолет. Ты умеешь стрелять, кстати? — Пчёла понял, что вопрос неуместен, учитывая то, что Юля убила человека.
— Я в Чечне была, Пчёлкин. Ребят, я как-то забыла о том, что вы гости, извините… — Юля убрала прядь волос за ухо. — Может, чаю? Я утром оладьев сделала… Могу бутерброды сделать! Могу, я не знаю…
— Расшаркивания оставь для журналистики. Мы свои. Меня Оля накормила, Фила — Тома, Кос тоже не голоден. Ты какая-то бледная, перенервничала? — с неожиданной заботой спросил Белый. Юля так и осталась стоять у холодильника, мысли путались, Юля даже не слышала, что ей говорят.
— Нет, всё нормально, — Юля села за стол к ребятам. Завязался небольшой разговор, в процессе были шутки, весёлые истории. В их беседу вклинился телефон. Юля пошла отвечать, уверенная, что это редактор.
— Слушаю.
— Ну ты и сука…
По совсем не лестному приветствию Юля поняла, кто это. Она не смогла положить трубку, хотя хотелось. Своего рода мазохизм.
Маты мы предусмотрительно опустим, но сохраним основную суть позиции говорившего.
— Я так и знал, что ты взбесившаяся крыса… Нельзя было тебе доверять. Знай, я так просто этого не оставлю. На коленях будешь ползать, прощения вымаливать, поняла?! Я тебя со дна достану!
