— Слушается дело о совокупности преступлений: убийстве Ольги Петровны Фроловой, ребёнка, поставке наркотиков, рэкете, запугивании. Истец — Юлия Александровна Фролова, ответчики — Филипп Орлов, Антон Журавлёв, Василий Слепаков и Андрей Жуков. Присутствуют ли вышеупомянутые люди?
— Да, — ответил секретарь.
— Юлия, вы поддерживаете свой иск? — Спросила судья. Юля гордо подняла голову и сказала:
— Да, поддерживаю. Они убили… — Но Юлю перебили:
— Юлия, мы предоставим вам слово первой, как истцу. Пожалуйста, дождитесь окончания решения всех организационных моментов, — судья, что было видно по голосу, была на стороне Юли. Легко почувствовав это, как журналист, Юля расслабилась. Белов развалился на стуле, с наслаждением смотря, как слаженно сработает механизм правосудия. Лучшим машинным маслом для него были деньги, и Белый этим воспользовался.
— Да, хорошо, уважаемый суд, — Юля потупила взгляд.
— Признаёт ли иск по делу ответчик?
— Нет! — Хором ответила Свердловская группировка. Юля с ненавистью посмотрела на них, сжав кулаки. Она была похожа на зверька, который готовился броситься в атаку.
— Не появилось ли желание закончить дело мирным соглашением?
— Его априори быть не может, — прошипела Юлия. Оля погладила Юлю по руке, успокаивая.
— Слово предоставляется истцу, Юлии Александровне Фроловой.
— Удачи, — шепнул Белый, скрестив пальцы. Судья сделала ему замечание.
— Уважаемый суд, эти люди лишили меня самого дорогого, самого святого, что было в моей жизни — моих родителей… — Юля запрокинула голову назад, будто слёзы от этого вкатятся обратно в глаза. — Они убили мою мать за долги отца. Ради денег они опустились до такой низости. А моему отцу они сломали жизнь! Они втянули его в эту криминальную бездну, воспользовавшись его тяжёлым моральным состоянием!
— А у него башки своей не было?! — крикнул Орёл.
— Филипп, мы предоставим вам слово. Мы внимательно слушаем сейчас Юлию, дождитесь своей очереди, — спокойно попросила судья, кивая Юлии.
— Я приехала в Екатеринбург, ваша честь {?}[Я знаю, что единственное разрешённое законом обращение к судье — уважаемый суд, но во избежание повторов я буду использовать также обращение «ваша честь»)], чтобы проводить родителей в последний путь. И знаете, что? Они вторглись в мою квартиру…
— Это не твоя квартира! Фролов не оставлял наследства! — воскликнул Орёл. Это было неправдой: Фролов завещал Юлии квартиру и свои сбережения, которыми Юля покрыла долги Александра.
— Филипп, напоминаю о правилах поведения в суде. Не перебивайте истца, иначе вам придётся заплатить штраф.
— ... Они вторглись в мою квартиру и потребовали заплатить долг моего отца в размере пятиста тысяч рублей. Они запретили обращаться за помощью куда-либо, а когда я спросила, что будет, если я не заплачу, Филипп… Попытался меня изнасиловать. Он угрожал мне, уважаемый суд.
— И Вы заплатили? — уточнила судья.
— Вот расписка, — Юля передала документы, которые тщательно изучили. — Я журналист, ваша честь, и мною были найдены доказательства, что они убили ребёнка, который случайно узнал об их делах. Ни в чём не повинного! Они запугивали и рэкетировали частные предприятия. Также они торговали запрещёнными веществами. Я очень хочу, чтобы они получили самые тяжёлые сроки, уважаемый суд, ведь я верю в торжество справедливости.
Последнее Юлия сказала, конечно же, зря: нельзя пытаться разжалобить судью. Судья кивнула.
— Слово предоставляется ответчику.
Орёл стоял и как-то странно дёргал руками. Юля поняла, что он употребил наркотики перед заседанием.
— Ваша честь, — дерзко сказал Орёл, жуя жвачку. — Юлия нагло пиздит.
— Филипп, за нецензурную лексику я назначаю вам штраф.
Юля незаметно показала средний палец Орлу.
— Короче, врёт она… Все её слова гнусный поклёп. Просто мы были с Фроловой в отношениях, и мы расстались, потому что… Уважаемый суд, пардон муа за мои манеры, но она в постель ноль с хвостиком. Вот она и выдумала ерунды. Любит меня, моченьки ей нету. А ещё, ваша честь, она работала на нашу группировку. Это факт, — Орёл кивнул. Юлю затрясло от этой клеветы.
— Да я бы не легла в постель с таким уродом, как ты! — Не выдержала Юля. — Он лез ко мне, ваша честь, приставал, но у нас ничего не было!
— Да ты шлюха, тебе плевать, с кем и как!
— Даже если бы и была, то такого убогого клиента, как ты, я бы не взяла!
Судья постучала молотком, приводя в чувство Орла и Фролову.
— Уважаемый суд, — Юля заговорила вновь. — Я сотрудничала с этими людьми, но это было не что иное, как журналистика под прикрытием. К сожалению, так устроена наша полиция, что пока дело не предастся огласке… Никаких сдвигов не будет. Я набрала материала, и сразу же разорвала контакты с ними. А здесь начинается самое интересное: после выхода репортажа на ОРТ, от 9 августа 1995, они звонили мне и угрожали! Позвольте включить запись одного из разговоров.
Судья дала разрешение, и Юля подключила диктофон. От угроз у Оли и Белова побежали мурашки по коже.
